Онлайн книга «Турецкая (не)сказка для русской Золушки»
|
Уже спустя пару минут мы стартуем с пробуксовкой из аэропорта. — Объяснишь, что это было? — спрашиваю я сипло, обхватив себя руками. Полосует злым взглядом. Челюсть сведена… — Могу лишь повторить, что ты идиотка, Мария, — произносит ровно, почти даже равнодушно, — если бы не я, то сейчас бы либо ехала в какой-нибудь бордель, либо в полевой госпиталь в Хатае, где бы тебя разобрали на органы. — О чем ты? — произношу, закашливаясь. — Ты хоть понимаешь, что одинокие иностранки, еще и столь подозрительные, как ты — въезжающие в страну с мужчиной и выезжающие обратно одни, в первый раз за границей, судя по истории в загранпаспорте, без определенного рода занятия — это лакомый кусок для всех мерзавцев и мошенников. Никто и никогда не говорит, что на таможне работают честные люди. Трафик людей — слишком большая и прибыльная сфера, а сейчас, в разгар конфликта в сопредельных странах, где люди пропадают пачками, эта проблема остро стоит у наших властей… И да, люди пропадают именно так… — Она мне впаривала о каком-то убийстве в Дубае… — Пугала, загоняла в панику… Типичная схема. Следующий ход — нашла бы у тебя в вещах наркотики. Вообще, наркотики, обычно, это самая распространенная схема. Тебя спасло именно то, что ты вообще без вещей. Подкинуть в карман человеку сложнее, тем более, когда это толстовка. — И как же ты так быстро смог прийти на помощь? — усмехаюсь я, все еще скрывая за своим горьким сарказмом банальное нежелание признать весь ужас опасности, в которой я была еще полчаса назад. — Элементарная логика. Ты не явилась на летучку, мне сообщила старшая горничная, несложно было сообразить, что ты попробуешь сунуться в Россию. Только потому что упертая и уверенная, что всем больше всех надо обманывать и подставлять только тебя в моей семье… Дальше просто забил ближайшие рейсы. На самом деле, вероятность попадания в цель была не сильно большой… Считай, твое спасение — судьба. На последних словах сам усмехнулся. Самодовольный гад. Чувствую себя ужасно. Голова раскалывается, тело все еще в мелкой дрожи. У Кемаля звонит телефон. Непроизвольно бросаю глаза на экран и вижу имя его невесты. Не по себе становится. — Да, севгилим (тур. любимая), — произносит он намного мягче, чем общается со мной. Дальше ничего не могу понять. Их разговор на турецком. Только слышу слово «аэропорт»… Когда он кладет трубку, в салоне повисает еще более тяжкое молчание. — Она знает, что ты меня… спасал? — не знаю, зачем спрашиваю. Просто почему-то сейчас важно это узнать… Кемаль опять хмыкает Каждый раз его реакция — словно бы возмущение на любой мой вопрос. Одолжение мне делает, отвечая… — Когда в выходной день приходится вылезти из теплой постели с любимой женщиной, как-то надо это ей объяснить. Нет ничего проще сказать правду, как думаешь? Тем более, она знает, что я за тебя в ответе по наследству… По наследству… Словно бы я шкаф или табуретка, которые ему достались. Его ответ почему-то режет. Дальше я отворачиваюсь к окну и пытаюсь сосредоточиться на пейзаже. До отеля, моей темницы, куда меня сейчас снова вернут, ехать всего четверть часа, я узнаю это по виду виднеющегося на горизонте Босфора с историческим пейзажем в профиле. Сейчас снова будет погружение в реальность, которая может и не такая ужасная, как та, из которой он меня вытащил, но не менее неприятная и разъедающая душу… |