Книга Ребенок от предателя, страница 84 – Ксения Богда

Я сама не понимаю, почему бросаюсь на защиту той, которая так кардинально поменяла наши с Лешей жизни. Наверное, на каком-то человеческом уровне я не могу позволить Леше так поступить с женой.

Леша дергает головой. Не соглашается со мной.

— И что? Она столько всего наворотила, что пора бы уже отвечать за свои поступки, Ник.

Леша притягивает меня в свои руки и делает глубокий вдох.

— Я и так терпел слишком долго. Успокаивал внутренних бесов тем, что она все-таки носит ребенка. И неважно, чей именно этот малыш. Ей нельзя было нервничать, и я делал максимально для того, чтобы не стать причиной её истерик и срывов. А сейчас, когда мне ничто не мешает наказать её за то, что она натворила, за то, как она прошлась по нашим жизням, ты предлагаешь просто забыть?

Прикрываю лицо руками и утыкаюсь Лешке в грудь. С губ слетает всхлип.

— Эй, ты чего, маленькая моя? – Леша зарывается в мои волосы и вздыхает.

— Я просто хочу, чтобы это все поскорее закончилось, Леш.

Меня накрывает. Напряжение последних дней наваливается настолько неожиданно, что выливается через слезы.

— Я понимаю. Не надо было сейчас к тебе приставать, да? Хуже только делаю?

Мотаю головой, но он, наверное, не разбирает мой жест, потому что продолжает шептать на ухо:

— Прости, я никак не могу подальше от вас. Мне плохо без вас. Дышать не могу вдали. Задыхаюсь.

И я ощущаю что-то похожее. Постоянно мысли к нему. А что? А как? Как у него дела? Что делает? И это сводит с ума.

Что вот он вроде и рядом, но никак не могу с ним быть. Хочу, даже после всего, через что нам пришлось пройти.

— Я разгребусь, Ник. Рустам уже копает и делает все возможное. И даже невозможное.

— Верю тебе, Леш.

Поднимаю на него глаза. Вижу заостренные скулы. И устремленный на сына взгляд.

— Жалею только, что столько всего пропустил в его жизни. Четыре года просто мимо родного отца.

Закусываю щеку и вздыхаю. Мне тоже сложно с этим смириться, но это уже случилось. И смысл сокрушаться.

— Но, – дергает меня за подбородок и целует в уголок губ, распространяя тепло по всему телу, – я не против того, чтобы ты мне потом родила дочку.

Внутри все покрывается льдом. Взгляд падает нам под ноги, и я прикрываю глаза, чтобы скрыть слезы.

— Эй, что не так? – пытается поднять снова мое лицо, чтобы посмотреть в глаза, но я не даюсь.

Прячусь за волосами.

— Ника, – шепчет с таким надрывом, что внутри меня все переворачивается, – что не так?

Часто-часто глотаю слюну.

— Мне сказали, что я больше не смогу иметь детей. Кирюшка – единственный мой ребенок.

Леша с шумом выдыхает, а мне хочется зажмуриться и спрятаться где-нибудь.

— Ты перепроверяла?

Мотаю головой.

— Необходимости как-то не было. Я и так не собиралась рожать больше.

— Тогда почему ты так легко поверила в то, что тебе сказал один врач? – налегает на меня.

А я открываю рот. Чтобы сказать ему, что у меня не было сил ещё и это выгребать. Я осталась одна с младенцем на руках и без ничего. Но вовремя прикусываю язык. Леше тоже непросто сейчас, чтобы я ещё его пилила.

Да и пилежка ни к чему не приведет. Мы либо дальше идем вместе, либо сразу надо друг друга посылать на все четыре стороны и не мучиться.

Я не смогу отпустить. Мне хватило четыре года без него…

— Извини, меня что-то несет. Не могу смотреть на то, как ты грустишь и твои глаза тухнут, – проводит костяшками пальцев по щеке.