Книга Ребенок от предателя, страница 71 – Ксения Богда

Жена молча кивает и прикрывает глаза. Поглаживает живот, а я мысленно матерюсь. Как же невовремя-то все!

— Едем, едем уже, Вероник.

— Ты не бросишь меня. Леш? – цепляется за мою руку и снова стонет.

Мотаю головой.

— Сейчас я с тобой.

Доезжаем до больницы, нарушая все скоростные режимы и даже проскочив под знак. Потом разберусь со штрафами. Сейчас главное – доставить Веронику в больницу целой. Чтобы она смогла родить ребенка…Не прощу себя, если ч ребенком что-то произодет по моей вине. Потому что я не поторопился. Какой бы Вероника ни была дранью, малыш никак не виноват.

Несколько часов ожидания, и врач выходит ко мне с хорошей новостью, что роды прошли удачно и на свет появился здоровый ребенок.

Только после того, как узнаю, что с малышом все в порядке, могу выдохнуть. Договариваюсь с врачом о тесте ДНК.

Не собираюсь откладывать его на потом. Не хочу больше находиться в подвешенном состоянии и думать: мой ребенок или не мой. У меня берут все необходимые образцы. Решаю, что, пока Вероника отдыхает, можно поехать домой и проверить, все ли готово для ребенка.

Независимо от того, каким будет результат, ребенок какое-то время будет жить с Вероникой тут. Если пацан мой, то только в этом случае я буду участвовать в его жизни, а Вероника сможет жить дальше, как посчитает нужным. Но на данный момент я не хочу лишать малыша матери. Это слишком жестоко…

Придется какое-то время с Вероникой ещё пообщаться.

Комната для малыша на удивление готова. Вероника, кажется, позаботилась обо всем, и можно не беспокоиться, что чего-то не будет хватать. Одежда, погремушки, кроватка, застеленная постельным. И при виде всего этого внутри все сжимается. Перед глазами тут же возникает образ Ники и Кирилла.

Я все пропустил… со своим сыном. Со своим стопроцентным ребенком. Меня носило где-то вдали, и я не смог увидеть, как он вырос.

Смотрю на время и решаю, что для звонка уже поздно. Они могут спать.

Подхожу к окну, рассматривая ночной город, и выдыхаю. Всматриваюсь в темноту. Где-то там моя настоящая семья, которую я в свое время выстрадал. Помню, как Ника сопротивлялась и упиралась, когда я пытался ухаживать. Ей казалось, что она для меня слишком простая, а мне нужна какая-то светская дама, которая не будет шарахаться от всяческих мероприятий и будет меня сопровождать.

Но я точно знал и понимал, что мне нужна она, и плевать на её положение и социальный статус. Для меня многое значило, что она простая, надежная и нежная. А ещё спасает жизни слабых… животных.

Это, можно сказать, покорило настолько, что я чуть ли не хвостом за ней ходил, только бы она обратила на меня внимание…

Ника

Извожу себя постоянными мыслями, почему Леша не звонит и не просит о разговоре. А потом сама себя одергиваю, потому что сама же ему и сказала, что не о чем разговаривать.

Но я думала, что… а что я думала? Что стоит ему вспомнить, и мы перечеркнём четыре года, которые он с нами не жил. Но так не выходит.

Именно поэтому я сейчас нарезаю круги по кабинету и пытаюсь успокоиться. Перестать дрожать. Сжимаю пальцы.

Три дня уже прошло с нашей встречи, и Леша никак не объявился. А я за эти дни, наоборот, поняла, что хочу услышать его версию произошедшего. Я же знала только версию его жены.

И вот сейчас я порываюсь ему сама набрать, но, пролистав историю, понимаю, что номера его у меня не осталось. Это осознание погружает в холод. И все стынет, пока я сумбурно перечитываю имена и всматриваюсь в цифры… но нет. Лешиного номера среди списка нет.