Книга Ребенок от предателя, страница 68 – Ксения Богда

— Что ты не та Вероника, про которую я вспомнил, когда очнулся после травмы.

Жена нервно облизывает губы.

— Не хочешь сама все рассказать?

И да, в этот момент я ещё надеюсь, что она расскажет все сама. Не утаивая ничего. Но как же я ошибаюсь…

— Ты и сам все знаешь. Я тебя под венец силой не тащила, Леш. Ты сам предложил.

Складывает руки на груди и уходит в кухню. Пока я стою и хлопаю глазами, пребывая в шоке. И все? Это все, что она может мне сейчас сказать?

Конечно, я понимаю, что она тогда не тащила меня в ЗАГС, я сам подумал, что раз уж мы давно в отношениях, то будет правильно узаконить их. Она же и рассказала, что мы четыре года провстречались. А я как болван углядел в тех рассказах обиду и горечь. Повелся на грустные глаза жены и сам загнал себя в брак. А теперь расхлебывать…

— Вероника, – понижаю голос, и он становится похож на рев зверя, – мы не закончили.

— Что, твоя бывшая все-таки растрепала все? Язык за зубами не сдержала?! – кричит жена из кухни. – Ну конечно, такой мужик уплыл из рук.

Истерически смеется, а у меня по коже пробегает озноб. Что, мать его, она такое несет?

— При чем тут Вероника?

Захожу в кухню. Жена стоит, прислонившись к кухонному гарнитуру боком, и сжимает стакан с водой. На её лице столько злости, что у меня скулы сводит.

— А кто? Как ты мог ещё вспомнить? Значит, ты виделся с ней, несмотря на то, что я просила меня поддержать, а ведь я в свое время поддержала тебя, когда ты беспомощный и без памяти лежал там, в больнице. Я поддержала, а не та Вероника, – жена срывается на крик и швыряет бокал, который разлетается на тысячу осколков возле моих ног, обдавая брюки водой.

Делаю шаг назад. Глубоко вдыхаю и сжимаю кулаки. Сейчас нужно как-то сохранить лицо, в каком бы бешенстве я ни прибывал. Это не дает мне права срываться на беременной жене.

Да, она все ещё моя жена, и мне не стоит об этом забывать.

— Успокойся, – чуть ли не цежу сквозь зубы, – твоя истерика ничего не изменит. Я все вспомнил, и у меня к тебе миллион вопросов.

— Каких вопросов? – продолжает скандал жена.

Вскидывает руки и мечет в меня взглядом молнии.

— Как ты это все провернула? С кем ты это провернула? – делаю голос жестче.

Вероника прищуривается.

— О чем ты?

— Фотография наша, сообщение Веронике, проданный дом.

Жена запрокидывает голову и выдыхает сквозь сжатые зубы. Я слышу это сипение… и сражаюсь с желанием развернуться и уйти. Противно в этом доме. Стены душат, не дают дышать…

— Ты сам согласился на продажу этого дома, – цедит сквозь зубы жена. – Дарственная, помнишь? Когда ты лежал в палате, я убедила тебя, что лучше приобрести новое жилье, когда ты выйдешь из больницы. Фото я сделала в палате, якобы для родственников. Сообщение с твоего номера отправила, когда ты спал, и удалила её номер перед тем, как врачи тебе вернули телефон.

Отмираю. Теперь я вспоминаю дни после того, как очнулся. Тогда я боролся только с головными болями и слепо верил каждому слову жены. Мне же казалось, что я знаю её и она не совершит подлость. На деле же она оказалась прекрасным манипулятором. Прочувствовала все болевые точки и четко на них нажимала. Красиво сыграла в заботу обо мне.

Усмехаюсь своим открытиям. Тошно становится от самого себя. Переступаю через осколки стакана и подхожу к ней. Она встречается со мной взглядом, и я не вижу, что она хоть как-то сожалеет о том, что сделала.