Книга Ребенок от предателя, страница 74 – Ксения Богда

Леша стискивает мою кисть, и по телу моему пробегает дрожь. Хотя я также замечаю, как он слегка передернул плечами, словно от меня эта дрожь передалась ему.

— А потом Вероника мне изменила с конкурентом.

Резко вдыхаю и забываю выдохнуть.

— Поганое состояние, даже несмотря на то, что я жену не любил. Там, скорее, была признательность, что она не бросила и не отвернулась. Но я не ощущал какой-то привязанности. Будто тогда уже подсознание мне давало понять, что вот это ненастоящее. Настоящее ждет в другом месте.

Понижает голос и проводит по моей щеке большим пальцем. Прикрываю глаза, даю себе чуточку времени, чтобы окунуться в его ласку.

— И что?

Хриплый вздох. Откашливается. Будто сейчас последует что-то, что мне может не понравиться.

— Потом я дал слабину. Мы провели ночь…

Сердце простреливает болью, и я морщусь от неприятных чувств.

— Ника, черт, мне так тяжело тебе это рассказывать.

Облизываю пересохшие губы. Вдалбливаю себе, что все это было, когда он был далеко и вообще не знал про нас с Кирюшкой. Но, черт, как же больно оттого, что он был с другой, пока я одна… помнила.

— Прекрасная моя, – отвожу взгляд, смаргиваю слезу, – не плачь, пожалуйста.

— Я стараюсь, Леш. Я очень стараюсь…

Упирается в мой лоб своим, и мне приходится перевести на него глаза. В его взгляде печаль, тоска, боль… все в миксе, и это добавляет мне своей собственной пытки.

— Я не представляю, как мне вымаливать твое прощение. Я даже не знаю, что сказать, чтобы ты простила меня… Прости, – выдыхает, и этот выдох касается губ, – прости меня, родная, что я не понял сразу, что она не ты.

Сглатываю ком в горле. Качаю головой.

Я же понимаю, что он не виноват. Что это стечение обстоятельств, которые сыграли не в нашу пользу. Но, боже, в груди настоящий вулкан.

Он аккуратно касается губ, и я не нахожу сил, чтобы оттолкнуть его. Наоборот, пальцы крепче сжимаются на ткани его одежды, а Леша теснее ко мне прижимается, и я чувствую, как в его груди колотится сердце. Да и мое бьется как ошалелое. Как будто все четыре года накапливало силы, чтобы сейчас вот так взорваться.

А Леша целует. Углубляет поцелуй, в волосы мои зарывается, и с моих губ слетает стон. Мучительный, болью наполненный.

Отрываюсь от него. С неохотой, но нахожу откуда-то силы, чтобы прервать это безумие.

— Я разведусь. И снова начну за тобой ухаживать. И верну вас…

Смеюсь сквозь слезы.

— А ребенок, Леш? Твой ребенок, который ещё не родился, – щеки мокрые от слез, и я рваным движением стираю их с лица. – Что с ним?

— Родился. Я жду результат анализа ДНК.

Это признание поражает в самое сердце. Распахиваю глаза и не знаю, что сказать.

— Как родился? К-когда родился?

Эта новость меня сшибает с ног. Но стена позади помогает устоять. Это же так много меняет.

— Три дня назад. Извини, что я не сообщил, хотел в процессе разговора сказать. Я поэтому и не объявлялся, на нервах эти дни. Боялся, что моя нервозность тебя зацепит.

— Понятно, да…

Мой взгляд мечется по кабинету. Не могу заставить себя смотреть ему в лицо. Вдруг я не выдержу и сорвусь в простую истерику перед неопределенностью.

— Ника, – он держит меня за подбородок и сам ловит мой взгляд, – Ник, мне сейчас нужно понять, мой ли это ребенок или нет.

— И что дальше? – освобождаюсь из его захвата и отхожу на безопасное расстояние. – Будет он твой, и?