Книга Мажор. Это фиаско, братан!, страница 91 – Айская

— Лика... — я выплюнул это имя, как порцию яда. — Это блять её дача. Только у неё были ключи, чтобы препереться туда заранее. Но она слишком тупая для монтажа и скрытых камер.

Я вспомнил лица своих «друзей».

— Марк? Он всегда, вечно блять всем завидовал... Или Стас? Этот подонок обожает грязные приколы. Они решили, что это будет весело — выложить видео в общий чат? Думали, что Котовский посмеется вместе с ними над «колючей дворняжкой»?

Я ударил по приборной панели, вкладывая в удар всю свою злость.

— Вы ошиблись, уроды. Вы не видео выложили. Вы себе приговор подписали. Лика... ты первая. Я вытрясу из тебя всё: кто ставил камеры, кто слил, кто нажал на кнопку.

Я чувствовал, как внутри меня что-то окончательно перегорело. Боль отступила, оставив место холодному, расчетливому безумию. Я завел двигатель. Звук мотора отозвался во всем теле хищным рычанием. Мой Порше рванул с места так, что шины взвизгнули, оставляя на асфальте черные шрамы. Спидометр показывал 140, 160, 180... Машина летела по трассе, превращаясь в снаряд. Я ехал к Лике. И в этот раз я не собирался разговаривать по-дружески.

Я влетел в фитнес-центр, не видя ничего перед собой. В ушах стоял гул, похожий на шум приближающегося поезда. Я чувствовал себя дьяволом, которого вышвырнули из рая, и теперь я собирался сжечь всё на своем пути. Девушка на ресепшене что-то пискнула про абонемент, но я прошел мимо, как сквозь туман. Мой взгляд рыскал по залу, пока не зацепился за знакомую фигуру.

Лика. Она стояла у зеркала, поправляя свои волосы и потягивая какой-то коктейль. Увидев моё отражение, она лениво обернулась, и на её губах заиграла та самая бесячая улыбка.

— Ой, Котовский, ну и рожа! — она звонко рассмеялась, картинно приложив руку к груди. — Ты что, опять со своей Макаркиной повздорил? У вас вроде свадьба на носу! Выглядишь так, будто тебя переехал каток, а потом еще и обплевали. Что случилось, Матвейка?

— Какого хрена, Лика?! — мой рык перекрыл музыку в зале. — Кто из вас, тварей, это сделал? Ты, Стас или Марк? Кто поставил камеры на даче?!

Она замерла, её глаза округлились, но в них всё еще читалось издевательское недоумение.

— Камеры? Ты что, пересмотрел шпионских фильмов? Какие камеры? Ты о чем вообще?

— В чат посмотри, курва! — заорал я так, что вены на шее едва не лопнули. — В университетский чат! Живо!

Она недовольно поморщилась, достала из чехла свой золотистый телефон и начала листать. Секунда, две... Я видел, как её лицо бледнеет, как сползает маска иронии.

— О бля... Матвей... это... это что, реально вы? — она подняла на меня глаза, в которых теперь плескался неподдельный шок. — Но это не я! Клянусь! Как ты вообще мог на меня подумать? Я же не самоубийца!

— Я тебя сейчас здесь же придушу! — я шагнул к ней, окончательно теряя контроль. — Это же твоя дача, ты же туда вперёд всех припёрлась!

Я рванулся к ней, и Лика, взвизгнув, бросилась наутек. Мы устроили позорный марафон между тренажерами. Она что-то кричала, истерично хохотала от страха, перепрыгивая через скамейки для жима. Наконец, её нога соскользнула, она пошатнулась, и я схватил её. Прижал к кожаной обивке какого-то тренажера, мои пальцы мертвой хваткой сомкнулись на её горле. В голове была только темнота.

— Кто из вас это сделал?! Говори, пока я не забыл, что мы знакомы с детства!