Книга Ancora, страница 58 – Наталья Малышева

А в перерывах между сменами освещения, мы с Конте до умопомрачения целовались за ширмами. Мне хотелось, чтобы этот день длился вечно, но спустя пять часов объявили финал и группа техперсонала начала собирать костюмы и реквизит в автобус.

— Пойдем, немного подышим? — предложил Конте, когда мы переоделись в повседневную одежду.

— Или спрячемся в соседнем зале? — поддразнила я своего кавалера.

— Лучше все же подышим, — настоял на своем Габриэль.

Подышать не получилось. На площади возле Палаццо Кариньяно бродило много туристов, и нам с Габриэлем пришлось скрыться в машине, чтобы не провести оставшиеся свободные минуты за раздачей автографов.

Водитель был увлечен просмотром футбольного матча на смартфоне, поэтому мы с Конте спокойно уединились на нашем заднем сидении, не боясь лишнего внимания к себе. Тонированные стекла микроавтобуса скрывали нас от внешнего мира.

Габриэль сел на мое место к левому окну, а я уютно расположилась у него на коленях, протянув ноги вдоль всего кожаного сиденья. Положив голову на грудь Конте, я слушала, как бьется его сердце, и понимала, что его состояние сейчас довольно далеко от умиротворенного.

— Завтра домой… — прошептала я, рисуя указательным пальцем сердечко на груди у Габриэля. Конте обнял меня крепче, и я почувствовала, как он целует мои волосы. — Я не хочу домой.

Габриэль молчал. Я не знала, стоит ли продолжать эту тему, но мне отчаянно хотелось узнать, как он представляет себе развитие наших отношений, и нужно ли ему это развитие. Не выдержав молчания, я подняла голову и посмотрела Габриэлю в глаза. И тут мое сердце почти остановилось. Он плакал. Нет, Конте не ревел в три ручья, но его глаза были определенно влажными от слез.

Я знала, что за итальянскими мужчинами водится такой грешок, не умеют они сдерживать своих слез. Но я никогда еще не видела этого живьем. И тем более ни один мужчина не плакал из-за меня.

Я растерялась, не зная, как себя вести. Моей фантазии хватило только на то, чтобы по очереди поцелуем смыть эти непрошеные слезинки с прекрасных глаз Конте, что я и сделала, предварительно освободив его от стильных очков в фирменной ярко-красной оправе.

— Я люблю тебя, — с появившейся в голосе хрипотцой прошептал Габриэль, закапываясь носом в копну моих распущенных волос и еще крепче меня обнимая.

Скрипнула отъезжающая в сторону дверь микроавтобуса, и я, не долго думая, соскользнула с колен Конте и заняла более приличное положение на сидении. Габриэль привычным жестом вернул очки на законное место и натянул невозмутимое выражение на лицо. Джулия с Даниэллой зашли в микроавтобус, активно обсуждая предстоящую поездку в ресторан. Антонио с Алессандро появились следом за ними. На этот раз Алекс сел на сиденье перед нами с Габриэлем.

— Вам тут еще не надоело уединяться? — спросил нас Алекс.

— Попробуй сам и не будешь задавать таких дурацких вопросов, — довольно резко ответил другу Конте.

— Не обращай на него внимания. Он просто устал. — Мне категорически не хотелось вставать между друзьями, но я совершенно точно начинала чувствовать, что Алессандро не особенно рад тому, что внимание Габриэля больше посвящено мне нежели ему. — Зажжем сегодня на прощальной вечеринке?

— Это смотря, что тебе доктора сказали, — засмеялся Алекс. — Упавшим с лошади танцы разве не противопоказаны?