Онлайн книга «Грехи отцов. За ревность и верность»
|
Почему-то все знакомые с детства молитвы вылетели у неё из головы, и Элен никак не могла вспомнить их. Она целовала руку князя и повторяла, повторяла, повторяла… Сколько прошло времени, она не знала… * * * Проводив Либерцева до спальни, Владимир вернулся назад. Открыв дверь комнаты, где лежал князь, он замер на пороге. Возле кровати на коленях стояла молодая женщина… Владимир неслышно отступил и прикрыл створку. Что делать? Войти и потревожить tête-à-tête или остаться за дверью? А если князю сделается хуже, а он не увидит, не успеет позвать доктора? Ведь обещал же находиться рядом… Но войти было немыслимо! Раздираемый противоречивыми чувствами, снедаемый беспокойством, Владимир прошёлся по коридору взад-вперёд. Чуть приоткрыл дверь и снова заглянул внутрь, втайне надеясь, что незнакомка ему примерещилась. Но нет, девушка по-прежнему стояла на коленях возле постели, прижимая к губам безжизненную руку. Владимир со вздохом прикрыл створку, решив, что войдёт при первом же подозрительном звуке. Медленно тянулись минуты. В комнате, как и во всём доме, стояла могильная тишина. Время от времени он всё же заглядывал внутрь — коленопреклонённая фигурка не шевелилась и казалась изваянием. Послышались шаги, мелькнул огонёк свечи. Подошёл Алексей. Осунувшееся лицо его с запавшими глазами было серым. — Не могу заснуть… — Он судорожно вздохнул. — Давай, покараулю вместо тебя. Как он? Владимир приложил к губам палец и жестом предложил заглянуть в комнату. Алексей приоткрыл створку, и брови его поползли вверх, на миг сменив изумлением выражение неутешного горя. — Я думал, у меня начались нервические виде́ния. Но раз ты тоже её видишь, значит, я пока не спятил… Она там уж второй час. Кто это, ты не знаешь? Алексей покачал головой. — С уверенностью не поручусь, могу лишь предположить. Полагаю, это ваша с князем соседка, графиня Елена Кирилловна Тормасова. Но как она сюда попала? Может, приехала вместе с доктором? — Не думаю. Он ничего про барышню не говорил, лишь просил разбудить через два часа. Не знаю, что делать. Торчу тут, как пень на пригорке… Войти — немыслимо, а здесь весь извёлся… И они, вздыхая и переговариваясь, остались стоять за дверью, подобно гвардейскому караулу у апартаментов государя. * * * Элен была в полузабытьи, точно во сне. Краем сознания она понимала, что прошло уже немало времени, но встать и уйти не было сил. Все страхи и условности отступили перед лицом смерти. Она уже присутствовала незримо в этой комнате, ледяным сквозняком холодила затылок, и казалось, стоит обернуться — и увидишь тёмный силуэт за своей спиной. Жизнь безвозвратно уходила от князя, Элен чувствовала это. Она прижималась к его руке то щекой, то губами. Неистовая, горячая молитва иссякла, отняв остаток сил, и теперь она просто шептала: «Господи, помоги ему! Господи, пожалуйста, не оставь!» В какой-то момент она провалилась в забытье. И ей приснился странный и жуткий своим правдоподобием сон. Элен вдруг увидела гроб, стоя́щий посреди церкви, множество людей вокруг и лежащего в гробу князя Порецкого. И услышала тихий печальный голос: «Он умрёт, так будет лучше для вас обоих, поверь… Он умрёт, и это будет единственное горе в твоей жизни. Ты выйдешь замуж. У тебя будут дети, любящий муж и большая семья. Ты проживёшь долгую и спокойную жизнь…» |