Книга Симфония мостовых на мою голову, страница 50 – Анна Рудианова

— Напугал, — рассмеялась Ирка и икнула.

Карие глаза не моргая вытаращились на Давида. Сегодня она подвела их синими тенями. А ресницы накрасила так сильно, что они казались кукольно-накладными. Вот-вот заденут маленькое колечко в брови.

— Телефон, — Давид выпустил девушку, нагнулся и поднял её сотовый.

— Цел! Чутка только покоцался! — заулыбалась Синицына, показывая парню отколотый край. Давид кивнул, гадая, зачем ей серёжки в носу и в брови. Для чего? Протест? Самоутверждение? Блажь? Зачем себя мучить?

Взял Иру за руку и повёл к гардеробу.

— Мы куда? — удивилась девушка, покорно шагая за ним.

— Если я послушаюсь тебя, ты должна мне помочь.

— О, ты решил поговорить с…

— Тихо ты! Не ори.

— Ок, а зачем тебе я? — ликование и интерес сменились на её лице на озадаченность.

— Я один не смогу.

— Ну, и взял бы Леночку.

— Тут нужен кто-то неадек… решительнее.

— Лады, уговорил, — Ира ускорилась, пошла с ним вровень и лукаво улыбнулась: — Но, может, после пар? Я-то с удовольствием прогуляю. А вот ты обычно…

Точно, ещё же три пары. И как он забыл?

Давид пробормотал «Зайн», злобное обещание самому себе и пошёл в обратную сторону.

Надо же, так обрадовался явлению Синицыной, что чуть не прогулял пары. Кто бы мог подумать!

Рядом смеялась Синицына.

* * *

Очень неприятно, что Ира села на своё обычное место позади Давида. Так он не видел её. Не знал, капает ли на неё монстр слюнями, а вдруг призрак станет преследовать её и мешать ей учиться?

Синицына весело болтала с ребятами из группы, переругивалась с Карповым. И, кажется, совсем забыла о том, что должна выдавать себя за девушку Давида, и о предстоящей миссии.

Дождаться окончания пар сегодня было особенно тяжело. Часы будто застыли на месте. Давид даже проверял, тикают или нет. Преподаватель рассказывал пресно и скучно. Язык ему оторвать за такую работу.

Сам же Хворь не мог усидеть на стуле, бесился от кривизны своего почерка и неровных линий, когда выделял важное в записях.

И после занятий оказался возле Синицыной быстрее, чем она успела собрать вещи в сумку.

— Вы прям не разлей вода, — подколол Карпов, проходя мимо застывшего старосты, задел его плечом. И, шмыгнув носом, покинул аудиторию. Хворь с трудом удержался, чтобы вслед ему фак не показать.

Ира даже не заметила наглого поведения своего друга, щебетала что-то о командной работе:

— Вот увидишь, мы справимся, потому что я умею находить общий язык с людьми.

Давид задрал голову вверх, гадостная гадость всё ещё изображала из себя протекающий подвесной потолок сомнительного качества. Она распласталась на половину аудитории, неприятная жидкость с раздражающим капанием плюхалась на пол через каждые полтора-два метра.

— Боюсь, тут задачка из неизвестных данных. Это не человек.

Узнав, что им предстоит ехать на Шамшева, 16, девушка опять обрадовалась:

— Ого! Ты на Петроградке живёшь! Поехали на метро, я, конечно, толпу не люблю, но ради тебя…

— Я не езжу на метро, — отрезал Давид. Пока шли на остановку, он чувствовал прожигающий ненавистью взгляд. Будто чернота не хотела, чтобы Синицына шла с ним. Злилась. Странно, что эта злость ощущалась так явно именно сейчас, а не утром, когда он принял окончательное решение. Именно когда они вышли из института и потопали к троллейбусу.