Онлайн книга «Блюз поребриков по венам»
|
Я подписывала руны и повторяла наговор, призванный укрепить защиту. Но это временное решение. Стену придётся восстановить, а руки коммунальщикам всё-таки открутить. Прав Дизверко. Вязь круга была заключена в толщину стены, так чтобы никто не мог нарушить барьер. Нарисованная линия, даже акриловой краской, быстро стирается, может быть затоптана или перекрыта другим рисунком. Не знаю, доберутся ли сюда любители граффити, но рисковать не стоило. Как только вылезем на поверхность, позвоню Дизверко и согласую ремонт. За спиной раздался писк. Клим дёрнулся, и полоса белой краски сделала зигзаг идеальной, но совершенно ненужной формы. Загорелись красные глаза в темноте, и десятки упитанных крыс обступили нас с ковбоем полукругом. Поморщили носики с короткими черными усиками и пропищали: «Я пришёл к тебе с приветом, Рассказать, что солнце встало, Что оно горячим светом По листам затрепетало». Клим громко икнул. В канализационном мраке пуговички алых глаз и пронзительный писк немного пугали. Но я-то знала этих гостей. Присела и поздоровалась с каждой: — Простите, что ничего новенького не принесла. Вы откуда здесь? Дружный писк стал мне ответом: «Мне мама в детстве выколола глазки, Чтоб я в шкафу варенье не нашёл, Я не хожу в кино и не читаю сказки, Зато я нюхаю и слышу хорошо». — По запаху, значит, нашли. Ах, друзья мои, как же я вам рада! Тут совсем без вариантов. Я посмотрела на Клима, ожидая, когда же тот грохнется в обморок. Но мой ковбой держался и мордой в нечистоты падать не спешил. — Это что? Говорящие крысы? – втиснулся он в беседу. — Да, очень умные представители своего семейства. Там такая история с ними получилась интересная… — Подожди, – Иствуд потёр лоб, из его рта вырвалось облачко пара. Добавил почти умоляюще. – Я, кажется, краской надышался. Не надо про крыс. — Они безобидные и много чего умеют! – вступилась за своих протеже. Ой, сейчас что покажу! Вернее, что сейчас Клим услышит! Не зря же распечатки хвостатым носила несколько лет! Усмехнулась и попросила грызунов: — Мы тут ненадолго, работаем. Расскажите пока что-нибудь красивое? Из несовременного? Чёрные шкурки после тихого поперепискивания кивнули и завели протяжно: «Суровый звук моих стихов – Печальный отзвук дальной речи. Не ты ль мои склоняешь плечи, О, вдохновенье горьких слов? Во мгле почиет день туманный, Воздвигся мир вокруг стеной, И нет пути передо мной К стране, вотще обетованной. И только звук, неясный звук Порой доносится оттуда, Но в долгом ожиданьи чуда Забыть ли горечь долгих мук!» Клим слушал, раскрыв рот, краска капала с кисточки на пол, пока я не забрала аккуратненько ведро и инструмент. Всё равно ковбой уже закончил. В свете фонарика краска чуть заметно блестела и переливалась из белого в голубой. Неровная линия, прыгала со стены на пол и обратно и уходила в темноту, около неё красовались мои кривоватые загогулины, изображающие закрепительные руны. Когда крысы закончили и уставились на ковбоя, он им даже поаплодировал и тихо спросил, наклонившись ко мне вплотную: — Их только я вижу? — Ну, не только. Я тоже их вижу, так что не паникуй. Но слышать их могут только «видящие», – таким же заговорщицким шёпотом ответила. Ближайший крысюк пошевелил большими розовыми ушами. – Так что да, ты – особенный. |