Книга Соната Любви и Города: Магия Ковена, страница 40 – Анна Рудианова, Елена Третьякова

Но её руки уже расстёгивают ширинку. Вот это подгон от мироздания.

— Любушка, теперь я знаю, почему все боятся ведьм. Вы непредсказуемые. Невероятные. — Не могу больше сдерживаться, разворачиваю Любу и прижимаю голой грудью к зеркалу. Зажимаю ей рот ладонью, чтобы громко не стонала. Целую её шею, плечо, не могу остановиться. — Нежные, дикие, чувствительные и одновременно решительные…

— Ум-м… — Её бархатистый стон прерывает стук в примерочную и требовательный вопрос продавщицы:

— У вас всё в порядке?

Я замедляю движение, хотя это очень и очень сложно.

— Конечно, ещё три платья осталось! — громко и ровно отвечает Люба, оторвав мою ладонь от лица.

Я прикусываю изгиб её шеи, оставляя глубокий засос на белоснежной коже. Хочется зацеловать её всю. Кажется, что она сияет в этом ярком освещении и сама светится, словно ангел.

И плевать на эту продавщицу. Ушла, осталась, пофиг уже. Моя Конфетка выгибается, сливаясь со мной в наслаждении.

Беру пару минут на отдышаться и быстро одеваю Любу. Сама она как медузка, растёкшаяся на солнце, не сопротивляется, но и не сильно мне помогает, плавает где-то в своём удовольствии.

Сбегаем мы из магазина без покупок, зато весёлые и радостные, как подростки.

И только в такси я понимаю, что мы едем к ведьме Ненависти. Без какого-либо плана действий, без дополнительной защиты, без подготовки. И всё потому, что меня только что качественно удовлетворили в примерочной!

Люба, довольная словно кошка, греет пальчики на моём животе.

Чёрт, кажется, меня приворожили.

В такси пытаюсь выведать у Любушки хоть какую-нибудь информацию.

Ведьма Ненависти по имени Ольга живёт в коммунальной квартире и работает в «Крестах» надзирателем. Самое место, по-видимому.

Сколько ей точно лет, Люба не знает. Уровень силы — тоже. «Офигительно сильна», — всё, что удаётся узнать. Ну, неудивительно, если она столько лет входит в Ковен и не спешит передавать дела преемнице, значит, сила есть, и немаленькая. Ослабевшая ведьма долго не продержится.

Верховная несколько раз наказывала ненависть за чересчур жестокое обращение с магическими существами, но сила Ольги нужна Ковену.

Дочь и наследница Ольги — Клавдия — работает с Любой в ЗАГСе. Давно с матерью не живёт. Ждёт не дождётся, когда можно будет сесть на матушкино место.

Питается Ольга людской ненавистью. Способна вывести из себя кого угодно.

— Сам понимаешь, — тихонько продолжает Люба, прижавшись к моему боку и просунув ладошку под футболку, — она всегда в силе. Недостатка пищи у ненависти нет.

Перевариваю полученную информацию. Ведьма Ненависти жрёт ненависть, а ведьма Любви?

— А ты питаешься?..

— Чем бог пошлёт, — Люба, как нахохлившийся воробушек, спряталась у меня под рукой.

— Что, с любовью в нашем мире совсем швах?

— Смотря какой, — тяжело вздыхает и прижимается щекой к моей груди. — К деньгам — завались, к материальным благам, власти, алчности, похоти без края, к детям ещё есть, к родителям совсем мало осталось. А так, чтоб настоящей, чистой любви… У твоих родителей видела, а до этого… и не вспомню.

— Но ты же в ЗАГСе работаешь!

— Да, Лидия Ивановна подсуетилась, через знакомых устроила. Думала, что там силы наберусь, а вышло, что хватает только на то, чтобы не зачахнуть.

Мы немного молчим, думая каждый о своём.