Книга Тринадцатая принцесса, страница 64 – Нинель Мягкова

— Атаки направлены на имперцев. Наги, если ты помнишь, хоть и пострадали, но не все умерли. А людей не пощадили. Сейчас тоже явно целились в тебя. Я-то знаю, что делать с полозом, а ты наверняка в первую очередь запустила бы в него заклинанием.

— И получила бы ядовитый укус, — севшим голосом прошептала я.

Так и есть. Завидев змею, не раздумывая швырнула бы в нее что-нибудь убийственное. Кто ж разберет местных тварей! У одних иммунитет, другие от магии звереют…

Кто знает, заметила ли я бы ее вообще?

Пожалуй, без Иньшена больше ни в одну комнату не зайду. Пусть сначала проверяет.

Негостеприимный трактир мы покинули с рассветом. Еду, что хозяин положил нам с собой, Иньшен придирчиво обнюхал и признал безопасной. Но есть я все равно решилась только фрукты и яйца. Их точно ничем не посыпали.

Города в Шийлингджи располагались непривычно тесно. Стоило закончиться возделанным полям одного поселения, сразу же начинались следующие. Все оттого, что оборону против Пустошей строили совместными усилиями, и местные жители привыкли беспрепятственно перемещаться по провинциям. Чем дальше вглубь страны мы ехали, тем реже можно было наблюдать высокие защитные стены.

— Зачем воевать между собой? У нас один общий враг. Если начнутся распри, мы проиграем, — пожал плечами наг.

Для него обыденно, а я все не могла привыкнуть к отсутствию крепостей. Мне казалось диким, что город строится вокруг особняка наместника, а не казарм.

Нет, казармы тут тоже были. Но располагались они на отшибе, чтобы воины могли спокойно тренироваться, не мешая обывателям. И боролись они не с бунтующими селянами, как частенько случалось в Империи, а с редкими заезжими разбойниками и ворами.

Я не сразу поверила, но преступности в Шийлингджи почти не существовало.

Торговцы раскладывали товар и уходили пить кофе со знакомыми. Покупатели брали, что им приглянулось, и оставляли деньги.

И никто не крал ни то, ни другое!

А с теми, кто все же осмеливался, разговор был короткий.

На моих глазах казнили одного несчастного. Не знаю, что побудило бедолагу стянуть с прилавка кольцо. Вероятнее всего, незнание местных законов.

Ему отрубили обе руки и бросили истекать кровью прямо на площади.

После этого веры в доброту нагов во мне поубавилось.

Да, они честные и справедливые, но в то же время суровые до жестокости.

Не стоит об этом забывать.

Через четыре дня, на закате, мы добрались до столицы.

Шейлинг встретил нас душным облаком благовоний и сонными протяжными напевами зазывал. Гостиницы теперь ни к чему.

Надеюсь, меня все еще ждут во дворце и не выдворят на улицу, как последнюю бродяжку.

Даже не знаю, огорчит меня это или обрадует?

Иньшен ехал уверенно, ровно держа спину и изредка здороваясь со знакомыми. Всю дорогу он старался скрывать лицо, сегодня же прятаться за капюшоном перестал.

Бао, чувствуя мое настроение, плелась нога за ногу позади, отставая все сильнее.

Не могу передать, как сильно я не хотела, чтобы наше путешествие подошло к концу.

Но выбирать не приходилось.

Стражи на входе в первый момент скрестили копья, преграждая нам путь, но почти сразу же узнали Иньшена и ударили себя левым кулаком в грудь в воинском приветствии.

— Ваше высочество! Вы вернулись!

Взгляды мужчин скользнули по мне без особого интереса. Мало ли, что там за девица плетется за их принцем. Но пропустили без дальнейших вопросов.