Книга Оборотень ведьмы, страница 7 – Эбби Нокс

Оборотень тихо, удовлетворенно вздыхает, и я не знаю, это человеческая его часть или волчья.

Я не знаю, почему это существо сделало то, что сделало с Тоби, но оставило меня в живых, однако я не собираюсь напоминать ему, что вполне могла бы стать «вторым блюдом».

Я уже должна быть на полпути к дому бабушки, если бы просто побежала вместо того, чтобы глазеть на то нападение.

С другой стороны, возможно, я тупица. Думала, что мое защитное заклинание достаточно, но оно ничуть не защитило меня сегодня от Тоби.

Я выкарабкиваюсь и сажусь, прислоняясь спиной к дереву.

Поразительно, но существо подползает ко мне, как домашняя немецкая овчарка, отслеживающая каждый жест своего хозяина. Он словно большой пастуший пес: нос, уши и глаза следят за каждым моим движением.

— Я не побегу, — обещаю я. — Только, пожалуйста, не ешь меня.

Произнося это, я слышу, насколько это нелепо звучит.

Он что-то произносит — слишком тихо и сипло, чтобы я разобрала.

— Что такое, мальчик?

Зверь не отвечает, но обнюхивает мои лодыжки и ступни. Я впервые понимаю, что они исцарапаны и кровоточат после этого сумасшедшего бега по лесу.

— Нет, оставь. Это не так серьезно. Фу, гадость, — говорю я, морщась, когда язык существа высовывается и по очереди вылизывает кровавые ранки насухо и начисто. Поцелуи-лизания сначала щекочут. А потом зверь лижет выше по моим ногам, затем начинает меня подталкивать.

Мне кажется, безопаснее дать ему устроить меня сделать то, что он хочет, и вскоре мои израненные стопы покоятся на его брюхе, пока он как бы сворачивается вокруг моего тела защитной дугой.

Существо делится со мной своим теплом.

Вскоре паника отступает.

Мы так сидим часами, возможно.

В конце концов я засыпаю от измождения и усталости, после самого дикого выброса адреналина в жизни.

Неудивительно, мне снятся прерывистые сны о погоне. Не собакой, а Тоби Куком.

Но каждый раз, когда я вздрагиваю в панике, что-то теплое касается моего лица. Теплая шерсть окружает меня. Я снова и снова погружаюсь обратно в сон.

* * *

Я РЕЗКО ПРОСЫПАЮСЬ, ослепленная ярким утренним светом, и обнаруживаю себя закутанной в несколько слоев меха, лежащей в незнакомой постели.

Сев, замечаю, что деревенская, но уютная комната залита светом свечей. Везде, на каждой поверхности, стоят банки и подсвечники, постаменты с белыми свечами. На столешницах, на подоконниках, на каминной полке, на тумбочке. Свечи повсюду. В камине даже мигает свечник в виде полена.

Это место — пороховая бочка.

Я напрягаю память. Что было прошлой ночью? Я пошла домой с горячим парнем, который решил устроить чрезмерно романтическое представление?

Волк. Я встретила чертового волко-человека.

Святые угодники. Оборотни реальны.

И один гнался за мной по лесу.

Я поворачиваюсь на кровати, ожидая снова увидеть чудовище. Но волка нет. Вместо того чтобы укутаться в меха, я лежу рядом с мужчиной.

Его спящее лицо спокойно в лучах света из окна, и я понимаю, что знаю его.

Это Тимбер Хокинс.

Я узнаю эти свечи.

Это те самые, белые не ароматизированные восковые, из магазина, где я работаю. Для уверенности беру баночную свечу на тумбочке и изучаю этикетку. Точно.

Есть только один человек, которого я знаю, кто заходит как минимум раз в неделю и покупает белую не ароматизированную свечу. Иногда — каждый день.