Книга Левитанты, страница 93 – Даша Клубук

— Но Август же сообщил нам, что принцесса заигралась в шпионку. Что, если это вовсе не игра, а настоящее положение дел.

Надо же, левитант и сам не сказал бы лучше.

— Из всего мною сказанного следует, что догадку Августа нельзя назвать смехотворной, – подытожила Ирвелин и отмерла – пальцы ее заколотили по коленям.

Ответил ей Филипп спустя время.

— Хорошо, Ирвелин. Я тебя услышал. – Он был побежден, о чем свидетельствовали его скулы, переставшие напряжено ходить ходуном.

Больше Ирвелин ничего не говорила. Вместо этого она обратилась вниманием к швейному станку, зажатому между диванами, и Август заторопился вмешаться и поменять тему. Если еще и эти двое вздумают ссориться, прости-прощай их светские четверги.

— Ирвелин, есть продвижение с внуком Золлы? – спросил он с деланным равнодушием.

Отражатель медленно повернула голову к левитанту, а Филипп, взяв в охапку неразложенную стопку книг, поднялся и отошел вглубь библиотеки.

— Нет, – ответила Ирвелин, хотя взгляд ее то и дело обращался к стеллажам. – С поры нашего к нему визита я три раза караулила у его дома. Думала встретить Золлу, выходившего. Но из дома он не выходил.

— Помнится, ты говорила, что он – левитант. Может, из дома он выходил, но только через окно?

— Все может быть.

Она дернула плечом, словно хотела добавить что-то, но передумала. Август стал наблюдать, как Ирвелин перебирала своими длинными пальцами на коленях – словно партию на клавишах исполняла – и ушел в молчаливые раздумья.

Еще с прошлой осени он почувствовал к Ирвелин нечто большее, чем обычную симпатию. Что это было? Чувство родства? Августа тянуло к Ирвелин, будто в ее образе он мог отыскать нечто давно утерянное. Любви родителей он не знал, братьев и сестер у него не было, только ба и де у него были, вечно где-то странствующие. До прошлой осени Август и не понимал, что отчаянно искал человека, в присутствии которого он смог бы ощутить то самое родство, ощущение дома. Когда что бы не случилось, вы вдвоем можете рассчитывать друг на друга. Когда вы разные настолько, что ладить не всегда выходит, но поддержка – та самая, которая вопреки – она сохранится.

Однажды он понял, кем была для него Ирвелин. Не то сестра, не то подруга. Рядом с ней ему было хорошо. Рядом с ней ему было как дома.

— Ирвелин, я кое-что скрыл от тебя, – произнес Август с серьезным выражением, глядя на ее короткие, короче чем у него, волосы.

Отражатель перестала колотить пальцами.

— О чем ты?

С центрального прохода возвращался Филипп, книг он больше не нес. Подходя к ним, иллюзионист изящно крутанул рукой, после чего несколько фонарей потухли и иллюзорный лес ушел в полумрак. Островок с мебелью, в котором сидели граффы, остался единственным светлым пятном во всей библиотеке.

— За помощь в побеге Постулата принцесса пообещала мне не только мешочек с реями, – продолжал Август.

— А что же еще?

Филипп сел сбоку от Августа и тоже посмотрел на левитанта. Тот сглотнул. Отчего-то признание давалось ему тяжело.

— Ограта пообещала мне, что если я помогу ей освободить Постулата, она обеспечит твоему отцу право на возвращение в Граффеорию.

Ирвелин затихла. Казалось даже, перестала дышать.

— И ты поверил ей?

Ожидая услышать от нее нечто совсем иное, с ответом Август медлил.