Книга Левитанты, страница 80 – Даша Клубук

— Интересный наряд, – отметила Доди, как она отмечала всякий раз при встрече с ней.

— Сегодня я в традиционных цветах Граффеории. Бордо и серебро.

— Как патриотично, – буркнула Доди и зашаркала на кухню.

— Ты что же, даже не обнимешь любимую мать?

Доди обернулась.

— Уже поздно, мам. И мне нужно работать. Завтра с самого утра бежать к свидетелю.

И не подумав обидеться, Фенила Парсо заулыбалась и поступью танцовщицы прошла на кухню вслед на дочерью.

— Твоя работа-болото никуда не денется, а вот мать может и уйти. – Она подмигнула и погладила Доди по плечу. – Давай проведем время вместе, м? Я создам здесь иллюзию. Кухонька твоя, конечно, маловата, но ее размеры я тоже могу приукрасить. Что на счет японского сада? Ручеек, сакура в углу, шатающийся мостик под ногами. Мы с тобой выпьем по бокалу саке и будем болтать. Правда, бутылку я уже откупорила, слишком долго пришлось тебя ждать…

— Никакой иллюзии создавать не надо. Мне некогда. Если хочешь сегодня ночевать здесь – пожалуйста, можешь разместиться на антресоли. А я буду работать.

— Какой вздор, мой бегунок. Ты постоянно работаешь. Нужно и отдыхать когда-то. Иллюзию я уже потренировала, проблем не…

— Из крепости Фальцор сбежал подозреваемый в убийстве, мама! – не выдержала Доди. – Тот подозреваемый, которого посадили в крепость по моему решению. Дежурные эфемеры и левитанты уже ищут его по всей Граффеории, а я понятия не имею, где его искать. И он может продолжать убивать, пока мы тут распиваем с тобой треклятое саке!

Иллюзионист замерла, но только на мгновение.

— Поняла тебя, мой бегунок, – произнесла она мягко и принялась открывать навесные шкафчики.

Гневаясь на мать за ее спокойствие, Доди буркнула:

— Не называй меня бегунком.

— Как скажешь, бегунок. – Женщина вытащила из шкафов баночки со специями. – Тогда ты работай, а я налью тебе чего-нибудь пряного и ароматного – для успокоения нервов. Чай с еловыми шишками!

Доди хотела было возразить, но передумала, решив, что успокоиться ей сейчас не помешает. Она скинула пиджак и уселась за барную стойку, которая в ее маленькой квартире выступала в роли обеденного стола.

— Ты копируешь его, – сказала Фенила Парсо, ставя на плиту чайник.

— Кого?

— А из-за кого ты стала желтым плащом? Детектива Харша твоего.

— Ой, избавь меня от этой чепухи, – процедила Доди, устало облокотившись на стену.

— Давай по-рассуждаем вместе.

Фенила расставила на барной стойке чашки с блюдцами и провела по воздуху рукой, плавно и грациозно, словно принялась выписывать пальцами узоры. Образ японской вишни начал появляться прямо по центру тесной кухни. По мере того, как Фенила говорила, розовые соцветия все ярче проступали в полумраке.

— У тебя, как и у Харша, помимо работы нет никакой жизни. Ты, как и он, буквально закопала себя в делах участка. Вот скажи мне, видишься ли ты с кем-нибудь, кто обращается к тебе просто как к Доди, а не как в детективу Парсо?

Доди хмуро глядела на полупрозрачную сакуру и не ответила.

— У этого твоего Харша, помню, есть друг. Фиц Берег, если я правильно запомнила имя.

— К твоему сведению, у меня тоже есть друзья. И тот факт, что все они работают в полиции, не делает их в меньшей степени людьми.

Фенила заулыбалась. Одной рукой она наливала в чашки кипяток, а второй безостановочно крутила, образуя на вишне новые соцветия и делая образ деревца все плотней. Закончив с чаем, она отставила чайник, кинула в чашки сушеные шишки и присела на стул напротив дочери. Крутить левой рукой она не переставала.