Книга Левитанты, страница 75 – Даша Клубук

«Неужели он хочет, чтобы я что-то ему сказал? Чтобы я, что-то, сказал, самому, Королю?»

— Вам, верно, уже сообщили про мою дочь Ограту? – наконец спросил король. – О том, что она пропала. Сыщики считают, она сбежала вместе с тем заключенным, Постулатом.

Август вновь обошелся одним лишь кивком, и достаточно неуклюжим.

— Моя дочь нередко сбегает, господин Ческоль, – продолжал Король, вздыхая. – Думаю, что вы уже слышали об этом, ведь столичная молва неравнодушна к подобного рода скандалам. Однако, поскольку в этот раз моя дочь сбежала вместе с предполагаемым убийцей, думаю, что я имею право на некоторое беспокойство.

Август против воли усмехнулся, забыв на миг, перед кем он сидел. Заметив это, Король улыбнулся и продолжил говорить:

— Вы, господин Ческоль, были рядом с ней в ночь ее побега. И я хочу спросить вас, не упоминала ли Ограта о каком-нибудь месте, куда Постулат хотел отправиться после побега?

Вопрос Короля заставил Августа задуматься. Он в очередной раз стал прогонять в мыслях ту злополучную ночь.

— Она упоминала лишь, что Постулат невиновен в том, в чем его обвиняют, – сказал Август и, поразмыслив, добавил: – Ваше величество.

— То есть про место его прикрытия она не говорила?

— Нет, не говорила. Эээ… ваше величество.

Светлые глаза Короля слегка сузились.

— Скажите, господин Ческоль, какое впечатление произвел на вас Постулат?

— Впечатление? – не понял Август.

— Да. Когда вы помогали ему выбраться из камеры, вы же говорили с ним? Человеку хватает пяти секунд, чтобы сформировать свое мнение о собеседнике.

— Ну… – Напряжение внутри понемногу отступало, и Август развел руками: – На лице Постулата был длинный шрам, и он пытался выбраться из камеры для преступников. Как минимум, он показался мне подозрительным.

К ним в комнату вошел графф в выглаженном фраке, и Август умолк. В руках тот нес поднос с серебряным чайником и блюдцем с пирожными.

— Государь, ваш второй завтрак.

— Выйди, Осфаль. Я не просил, – спокойным тоном приказал Король, не поворачиваясь к слуге.

Графф остановился на полпути.

— Десять утра, государь. Это время для…

— Я сказал тебе выйти.

Король, продолжая смотреть ровно на своего гостя, дважды стукнул пальцами по подлокотнику. Слуга тоже повернул голову к гостю, и посмотрел на него так, словно это Август был повинен в грубости государя. Оскорбленный, Осфаль со скрипом развернулся на каблуках и вышел, а Август неловко заерзал.

— Вы ведь левитант по ипостаси, верно? – спросил у него Король размеренным голосом, будто их и не отвлекали. Август кивнул. – Вот и моя дочь тоже из левитантов. А я – отражатель.

Держа свой повелительный взгляд на Августе, Король вытянул левую руку по направлению к двери, за которой только что скрылся Осфаль, и изящно прокрутил пальцами. Август глянул туда – вокруг двери и рядом с ней ничего не поменялось, но он понял, что отныне эта дверь была перекрыта отражательным монолитом.

— Никогда не мог понять левитантов, – сказал Ноормант Третий, опуская руку на шелковую обивку дивана. – Вы склонны летать не только в небе, но и в мыслях. Вас и ваши мысли сложно поймать. Вечный полет.

Август не знал, что ответить на замечание Короля. Левитанты действительно славились своим легким отношением ко всему вокруг. «Вечные дети», так их называли в народе. Но Август не относил такую характеристику к чему-то постыдному, наоборот, принимал свою непосредственность за силу, которой граффы с другими ипостасями были лишены.