Онлайн книга «Левитанты»
|
— Доди, вы уверены? Маловероятно, что принцессу держат в заложниках так близко к Мартовскому дворцу. «Смотри туда, куда другие не смотрят». — Я уверена, – выговорила Доди. Левитант с обезображенным лицом говорил о скамейках, об Интрикие Петросе, о стремянке… о чем угодно говорил, кроме самой улицы, на которой произошло убийство. Почему же именно на ней они встретились? Пересмешники – это птицы. И у каждой птицы есть свое гнездо. Вот на чем Вере следовало наклеить свой цветной стикер. Левитанты и птицы. Существовала ли связь крепче? «Смотри туда, куда другие не смотрят». Эфемеры двинулись обратно. Перед отправлением Блефлок обошелся лишь сомнением, которое отразилось на его лице, вопросами он больше ее не мучил. Усилившийся ветер подгонял эфемеров в спины. Сердце Доди колотилось как сумасшедшее, в ушах стучало, фонарик в руке подрагивал. До столицы они добежали гораздо быстрее, чем бежали от нее к Узлу, и спустя четверть часа двое эфемеров уже стояли у двух темных скамеек. Фонари на улице Пересмешников стояли погасшими. После смерти Интрикия Петроса городское управление до сих пор не отыскало ему замену. Улицу освещали редкие окна да бледная луна, глядевшая на эфемеров сквозь облачную дымку. — Куда теперь? – спросил Блефлок, оглядываясь вокруг. — Дайте мне время. И погасите фонарик, не будем привлекать к себе лишнее внимание. Точечный свет от их фонариков исчез, и Доди зашагала по темной брусчатке. Часовня вдалеке пробила ровный час. «Смотри туда, куда другие не смотрят». Она шла мимо очереди из высоких калиток, мимо дома с теплицей, где жила свидетельница, мимо вселяющего страх особняка с уродливыми горгульями… У двух скамеек Доди остановилась. Если Интрикий Петрос и Постулат в ту ночь разговаривали друг с другом, то почему Постулат сначала сел не на ту же скамейку, на которой сидел Интрикий? И Вера. О, чудная Вера. Неужели ее удача и вправду имела вес? Ведь в ночь убийства, когда Вера прилетела к ней и Круазу, она споткнулась и чуть не уселась на вторую скамейку. На ту, на которой сидел Постулат. Доди колебалась. Она переводила озабоченный взгляд с одной скамейки на другую, туда-сюда, туда-сюда, а потом, ощутив прохладную волну предчувствия, села туда, где сидел левитант со шрамом. Смотри туда, куда смотрел он. Перед ней расстилался сплошной ряд их серых невзрачных домишек. Сперва могло показаться, что все они одинаковые – так и казалось Доди в ее предыдущие здесь появления. Но теперь она внимательнее смотрела ровно перед собой, на дом, зажатый между другими. В этот поздний час почти все его окна были темными, и лишь в одном, в эркерном окне на первом этаже, виднелся тусклый как от остывающего очага свет. Немедля поднявшись со скамьи, Доди зашагала ближе к этому дому. Стараясь держаться в тени, сыщица пригляделась. Неброский каменный фасад, плотные шторы на окнах, на двери – ручка причудливой формы. Вынув из кармана фонарик и включив, она направила его на дверь. Дверная ручка в форме грифона. Точно такая же, как на двери алого дома на Робеспьеровской. Доди спешно проверила двери соседних домов – везде ручки были самыми обычными, без намека на клюв и крылья. Доди выключила фонарик и спряталась за придорожным кленом. Мысли сменялись мыслями. Один только грифон мог олицетворять сразу четыре ипостаси – чистые дары грифона: штурвал, телепат, эфемер и левитант. К тому же, эркерные окна – редкость для столицы. Большие, вытянутые, напоминающие отражательные монолиты, такие же прозрачные, такие же крепкие… |