Книга Повесть о граффах, страница 26 – Даша Клубук

— Нет у меня никакой тайны, – изумилась Ирвелин, прятая глаза.

— Брось! Ты чудная такая, и этот вечно отстраненный взгляд… Когда я впервые увидел тебя тогда, на Робеспьеровской, то даже испугался. Внутри тебя словно зверь затаился, который оценивает все вокруг и ждет, когда же выпрыгнуть из засады.

— Нет у меня никакой тайны, – повторила Ирвелин чересчур напористо и посторонилась. Мимо них прошла длинная очередь из граффов. Один из гостей решил устроить любительскую экскурсию по экспонатам галереи, и толпа его слушателей остановилась у Белого аурума. Среди них промелькнули уже знакомые Ирвелин лица – джентльмен с высокой тростью и женщина в розовом жакете.

— Август, ты Белый аурум-то видел? – пропуская граффов вперед, спросил Филипп.

— Видел. Во вчерашнем выпуске газеты было фото, у Миры на полке…

— Да у Миры же сувенир! А я имел в виду настоящий Белый аурум, вот же он.

— Чего я там не видел. Камень как камень. – Август пожал плечами и повернулся к восточному крылу. – А где, кстати, Мира?

— До сих пор обеспечивает себя клиентами, наверное, – ответил Филипп, осматривая зал в поисках лимонного костюма, но Мира в поле их зрения не появлялась.

Время приближалось к шести. Шоу королевских иллюзионистов должно было вот-вот начаться, и граффы стали плавно перемещаться на балконы. Ирвелин, Август и Филипп, так и не отыскав Миру, отправились на балконы вслед за всеми, и им удалось занять передние места, откуда открывался чудесный вид на фонтанную площадь.

— С каждым годом королевские иллюзионисты удивляют все сильнее. – К ним присоединилась Флоа, та самая девушка в сверкающем платье. Она встала рядом с Филиппом и одарила его лучезарной улыбкой. – Посмотрим, чем они удивят нас сегодня.

— В прошлом году они соорудили солнечную систему, помните? – с воодушевлением произнес Август, обращаясь в первую очередь к Флоа. – Планеты, спутники, черные дыры…

— Да-да, – отозвалась Флоа без должного интереса.

— Трудно будет иллюзионистам повторить прошлогодний успех, – прибавил Август, но его уже никто не слушал, и левитант с разочарованием облокотился на балюстраду.

Ровно в шесть в башне Утвар зазвенел колокол, и на площади все стихло. Левитанты опустились на землю, воздушных змеев больше никто не пускал. Граффы затаили дыхание и обратились взглядом в небо. Ирвелин показалось, что сама природа приготовилась к грандиозному представлению: порывы ветра ослабли, запустив режим безупречного штиля, а воздух наполнился приятным вечерним теплом.

Шоу иллюзионистов началось.

Во вступлении раздался оглушительной силы звук: органный аккорд ре мажор. Ирвелин заткнула уши, что, судя по чрезмерной громкости аккорда, пришлось проделать абсолютно всем в ближайшей галактике. Оглушительный аккорд был мучительно долгим. Удерживая уши, сквозь щелочки вместо глаз Ирвелин попыталась разглядеть начавшееся шоу, однако и на земле и в воздухе обстановка была прежней. Август выругался, чего из-за шума никто не услышал, кроме рядом стоявшей Ирвелин, и еще плотнее прижал кулаки к барабанным перепонкам, а Филипп снисходительно улыбался и продолжал держать свои руки в карманах.

В момент, когда Ирвелин начала готовиться к неминуемой глухоте, столицу поглотила тьма. Звук резко исчез, как, в принципе, и все остальное. В кромешной темноте оказались и граффы на балконах дворца, и граффы на площади. Невероятно, но иллюзионисты смогли выключить предзакатный свет, словно комнатную лампочку! Август снова выругался, только теперь, в наступившей тишине, его услышали все.