Книга Повесть о граффах, страница 147 – Даша Клубук

* * *

Ноябрьская вьюга нещадно колотила по окнам темного кабинета. Чват сидел напротив бюро и гипнотизировал пустое кресло начальника. С минуты на минуту должен был вернуться детектив Харш. На коленях у младшего помощника лежала неряшливая стопка из бумаг и папок; он без конца выравнивал у стопки уголки, с нетерпением ожидая момента, когда сможет поделиться с начальником своим грандиозным открытием.

О, господин Харш будет в восторге! Может, даже выдаст ему, Чвату, премию в сто рей. Или повысит! А потом выделит для него собственный кабинет с окнами и картинами, с огромной картотекой на всю стену и табличкой на двери «Здесь работает Чват Алливут, первый сыщик-материализатор!» И отныне Чвата будут допускать ко всем засекреченным делам, у него будет свой секретарь и лакированный саквояж из крокодиловой кожи…

Фантазия Чвата совсем вышла из берегов, когда в кабинет тяжелым шагом вошел Ид Харш.

— А, ты уже здесь, – кинул он и грузно сел в свое кресло. – Ты хотел что-то доложить мне, правильно?

Сыщик был не в духе. Понурый взгляд олицетворял откровенное равнодушие к последующим словам помощника, что бы тот ни сообщил. Чват было расстроился, увидев начальника в таком настроении, но вспомнив, о чем именно он собирался доложить, воспрял духом и заговорил:

— Господин Харш, я хочу поделиться с вами одним наблюдением. Весьма важным, как мне кажется, наблюдением. Оно касается кражи Белого аурума.

— Я весь внимание, Чват, – без энтузиазма сказал детектив и бесстыдно зевнул. Он не ждал чего-то сносного, только очередную досадную гипотезу, которой, как и всем предыдущим, было суждено остаться лишь гипотезой.

Чват, часто заморгав от волнения, поднял с колен самую плотную из папок.

— Помните, в сентябре, когда мы только начали вести расследование по делу о Белом ауруме, вы поручили мне взять у дворцового представителя табель, где ведется учет явок на работу всех служащих дворца?

— Помню, – ответил Харш. – Мы сделали его копию и проштудировали этот табель с начала года. Ничего подозрительного не нашли.

— Верно, – подтвердил Чват, положил папку на стол и развернул ее на странице с пометкой «сентябрь». – Вчера я решил опять просмотреть этот табель. Я будто почувствовал, господин Харш, что разгадка этого дела совсем близко, прямо под нашими глазами!

Ид Харш почесал затылок, опять зевнул и устремил взгляд на мелкие таблицы.

— Куда именно мне смотреть, Чват?

— Вот сюда. – Графф указал на ячейку в самом низу, где было указано имя одного из служащих дворца: «Прут Кремини, отражатель. Охрана, галерейный зал».

— И что мне нужно здесь увидеть? – спросил Харш, понемногу начиная терять терпение.

— Прут Кремини – тот самый дворцовый отражатель, на которого напали во время кражи Белого аурума. Но обратите внимание на количество его рабочих смен. Вот здесь.

Харш прищурился.

— Четыре смены. И?..

— Четыре смены подряд, последняя – в День Ола. – У Чвата заблестели глаза, и он с воодушевлением посмотрел на своего начальника.

Харш с минуту пытался взять эту информацию в оборот и как-то связать ее с раздражающей радостью Чвата. У него ничего не выходило, усталый ум отказывался работать, а этот юнец все продолжал противно скалиться. Ид не выдержал:

— Чват, прекращай! У меня выдалась тяжелая неделя, моя карьера летит ко всем чертям, со дня на день капитан Миль сдерет с меня три шкуры и должность лейтенанта перейдет Доди Парсо! Великого Ола ради, парень, скажи прямо – что я должен здесь увидеть?!