Книга Повесть о граффах, страница 121 – Даша Клубук

Филипп сидел почти так же неподвижно, как и хозяйка дома. Посчитав ее замечания справедливыми, он откашлялся и произнес:

— Я пришел сюда, чтобы отыскать брата. Я намерен поговорить с ним и… и оградить от необдуманных поступков.

Госпожа Мауриж кивнула и в который раз принялась изучать лица четверых граффов. С Филиппа она перешла на Миру, следом – на Августа. На левитанте она задержалась чуть дольше, чем на остальных, и в последнюю очередь посмотрела на Ирвелин.

— Причины присутствия здесь господина Филиппа Кроунроула, госпожи Миры Шаас и господина Августа Ческоля мне ясны. – Мира вдруг сильно заерзала на своей половине дивана. – Вы же, госпожа Ирвелин, лишь единожды пустили в свои мысли образ граффа по имени Нильс, и этот образ весьма туманный. Я даже сомневаюсь, что вы знакомы.

— Вы правы, с Нильсом я не знакома, – ответила Ирвелин, не в силах отвести взгляда от телепата.

— Если вы с ним не знакомы, то для чего вы пришли ко мне?

Интересные все-таки создания эти телепаты. Зачем они задают вопросы, когда сами же могут узнать ответ?

— Я пришла сюда по вине случайностей. Из-за них в краже Белого аурума подозревают меня, а не настоящего вора.

С непроницаемым выражением лица госпожа Мауриж произнесла:

— Я вижу, что истинная причина кроется глубже, но раз вы не озвучили ее сами, не вижу смысла озвучивать ее мне. Значит, вы желаете избавиться от несправедливости. – Она обратила гладкое лицо к камину. В ее темных глазах сверкнули белые искры. – Несправедливостей вокруг так много, что ненароком начинаешь сомневаться, действительно ли все они несправедливы.

Наступила тишина. Оборвав визуальную связь с хозяйкой дома, Ирвелин заморгала с такой жадностью, будто в ее глаза кто-то прыснул пылью. Что эта женщина имела в виду под истинной причиной ее, Ирвелин, визита? Девушка в растерянности посмотрела на Августа, и тот с готовностью ответил на ее взгляд и пожал плечами, будто говоря ей: «Я тоже ничего не понял, но давай посмотрим, что будет дальше».

— Хорошо, – сказала госпожа Мауриж, возвращаясь вниманием к гостям. – Теперь мне необходимо время. Погружение в мысли другого человека требует серьезной сосредоточенности. Угощайтесь травяным настоем, прогуляйтесь по комнате, берите мои книги, только, прошу вас, не разговаривайте. Для успешного сеанса мне важна концентрация. Сбить ее сможет даже шепот.

Все четверо кивнули и с интересом, граничащим с опаской, продолжили наблюдать за действиями женщины-телепата. К их сожалению или все же к счастью, ничего зрелищного за ее словами не последовало. Госпожа Мауриж просто-напросто закрыла глаза, не сменив при этом даже позы.

Последовали долгие часы ожидания. В тишине комнаты, нарушаемой лишь кротким потрескиванием поленьев в очаге, молодые граффы пришли к безмолвному соглашению. «Что ж, начало положено. Остается ждать».

Филипп поднялся, в его отрешенном взгляде мелькало волнение; он неспешно прошел вглубь комнаты, туда, где у хозяйки дома хранились книги, и затих среди полок. Мира откинулась на взбитые подушки и тотчас задремала. Август, надеясь на скоротечный процесс, какое-то время просто сидел и беззвучно молотил костяшками пальцев. Вскоре он не выдержал, взлетел и принялся монотонно наматывать круги вокруг комнаты.

Ирвелин слезла с софы и устроилась на мягком ковре напротив очага. Несмотря на тепло, исходящее от огня, ее пробивала мелкая дрожь. Ирвелин казалось, что женщина-телепат даже сейчас, сквозь закрытые веки, пристально наблюдает за ними, проникая в их самые сокровенные мысли. Поджав под себя ноги, Ирвелин искоса взглянула на хозяйку дома. Та выглядела как каменное изваяние, и Ирвелин даже засомневалась, дышит ли она: вязаная шаль полностью скрывала тело, мешая распознать признаки отлаженной работы легких. Вроде дышит. Или нет? Может, она умеет обходиться без дыхания точно так же, как и без моргания?