Книга Ненужная вторая жена Изумрудного дракона, страница 53 – Ангелина Сантос

— Очень лестно.

— Вы хотели честно.

— Я хотела вежливо.

— У меня плохо с этим.

— Заметила.

Он поднял глаза.

И на миг между нами исчезли оранжерея, Даррен, Элиана, кольцо, ключи, проклятие. Осталась только моя рука в его ладони и тишина, которая уже не была холодной.

Потом он отпустил меня.

— Спите. Завтра не выходите к завтраку, если будет слабость.

— Нет.

— Это не приказ.

— Тем более нет.

Он встал.

— Я так и думал.

— Тогда зачем сказали?

— Иногда я говорю разумные вещи, даже если знаю, что их не послушают.

У двери он остановился.

— Лиара.

— Да?

— При Даррене не упоминайте о том, что видели в оранжерее.

— Почему?

— Потому что если он виновен, вы станете для него угрозой. Если не виновен — вы станете для него оскорблением. Оба варианта плохие.

— А для вас?

— Что для меня?

— Чем я стану для вас, если продолжу искать правду?

Он молчал так долго, что я подумала — не ответит.

Потом сказал:

— Не знаю.

И ушёл.

Утро пришло с шумом.

Не таким, как обычно. В Грейнхольме с утра всегда что-то скрипело, звякало, шуршало, тихо ругалось голосом Марты. Но сегодня замок гудел. Люди бегали быстрее, говорили громче, двери хлопали чаще. Даже восточное крыло, обычно забытое всеми, проснулось раньше.

Даррен Сорель прибыл до полудня.

Я узнала это не от Сивки, не от Пинны и даже не от Горошины.

От замка.

В тот миг, когда его карета пересекла мост, камин в моей комнате зашипел и плюнул зелёной искрой прямо в блюдце. Серебряная ложка, забытая на столе после завтрака, потемнела полностью. А где-то в глубине стен прошёл такой тонкий треск, будто дом стиснул зубы.

Сивка, застёгивавшая мне платье, замерла.

— Приехал, — сказала она.

— Да.

— Может, всё-таки не пойдёте?

— Пойду.

— У вас вчера жар был.

— Сегодня у меня злость.

— Жар безопаснее.

Я посмотрела в зеркало.

Платье выбрала тёмно-зелёное. Не самое нарядное — у меня и нарядных-то толком не было. Но это сидело хорошо, подчёркивало талию, оттеняло глаза и не выглядело так, будто его до меня носила Нерис. Волосы Сивка уложила в низкий узел, закрепив медными шпильками. На шею я надела свой кулон-ключ.

— Как я выгляжу?

Сивка посмотрела внимательно.

— Не как ненужная.

Горло сжалось.

— Спасибо.

— И не как первая леди, — добавила она торопливо. — То есть я не это… Я хотела сказать…

— Я поняла.

— Вы как вы, миледи.

Вот это, пожалуй, было лучше всех комплиментов.

Даррена Сореля принимали в малой гостиной у главного зала.

Я вошла не первой. Специально задержалась на несколько минут, чтобы не выглядеть девочкой, которую привели показать гостю. Когда появилась в дверях, разговор уже шёл.

Даррен стоял у камина.

Горошина был прав: красивый.

Не такой, как Рейнар. В Рейнаре красота была северной, опасной, с острыми краями. Даррен же был красив мягко и безупречно: светлые волосы, изящное лицо, серые глаза с печалью, которую он наверняка умел включать к месту. Одет в тёмно-синий камзол с серебряной вышивкой. На пальце — кольцо с гербом Сорелей. От него пахло дорогими духами: белые цветы, холодная мята и что-то металлическое под ними.

Гнилое серебро.

У камина стояли Рейнар, Кайр Норн и леди Асмера в кресле у окна. Орин держался у двери. Когда я вошла, все повернулись.

Даррен посмотрел на меня.

И улыбнулся.

Очень красиво.

Очень печально.

— Леди Лиара, — произнёс он, подходя ко мне. — Наконец-то имею честь познакомиться с новой супругой лорда Вейр-Арденна.