Книга Ненужная вторая жена Изумрудного дракона, страница 139 – Ангелина Сантос

Голос был ровный.

От этого стало страшнее.

Даррен чуть склонил голову.

— Как грубо. Ни приветствия, ни вопроса, как я прошёл через вашу замечательную охрану.

— Отпусти.

— Нет.

Слово прозвучало мягко. Почти ласково.

Один из людей в сером плаще передвинул нож у горла Сивки. Не глубже, но достаточно, чтобы на коже появилась тонкая красная линия.

Марта за моей спиной издала звук, от которого любой разумный человек сразу бы бросил оружие и попросил прощения у всех кухонь мира.

Но люди Даррена были не разумными.

Они даже людьми казались не до конца.

Слишком тихие. Слишком одинаковые. На лицах — сероватая неподвижность, в глазах слабый зелёный блеск, как отражение больного стекла. Стеклянные клинки в их руках не дрожали.

— Что ты с ними сделал? — спросил Орин.

Даррен бросил на него быстрый взгляд.

— Улучшил.

— Плохо получилось.

— Капитан, вы всегда были человеком прямых решений. Меч, приказ, верность. В этом есть своя красота, но, увы, мало будущего.

— Зато много шансов умереть с целым лицом.

Даррен улыбнулся.

— Вы переоцениваете целые лица.

Он шагнул дальше в пещеру.

Сердце позади нас билось всё сильнее. После признания Рейнара, после моих слов, после освобождения Арена оно стало живее. Не здоровым — нет, до здоровья было далеко. Но свет его уже не метался слепыми зелёными вспышками. Он дышал. Слушал.

И сейчас тянулось ко мне.

Я чувствовала это кожей.

Даррен тоже чувствовал.

— Посмотрите, — сказал он, глядя на моё запястье. — Какая ясная метка. У Элианы не вышло даже искры. Бедная девочка так старалась быть нужной, а Сердце даже не взглянуло. А вы пришли в чужом платье, с раздражением и голодом, и дом лёг к вашим ногам.

— Дом не лёг к моим ногам, — сказала я. — Он попросил помощи.

— Все просят помощи, когда хотят подчинить.

— Это вы путаете просьбу с поводком.

Он рассмеялся.

Тихо.

— Ах, Лиара. Вот за это вы мне почти нравитесь. Вам действительно кажется, что мир можно накормить хлебом и заставить быть честным.

— Нет. Но иногда хлеб помогает понять, кто пришёл к столу с ножом.

Даррен посмотрел на Сивку.

— Тогда советую выбирать следующие слова осторожнее. Ваша горничная кажется мне хрупкой.

Рейнар сделал шаг.

Я взяла его за руку.

Он остановился.

Только потому, что почувствовал меня. Не приказ. Не удержание. Связь.

Я тихо сказала:

— Он кормит Сердце страхом.

Рейнар не обернулся.

— Знаю.

— Тогда не давай ему свой.

Его пальцы сжались на моих.

— Поздно.

— Нет.

Даррен наблюдал за нами с явным удовольствием.

— Как трогательно. Неужели древний дом наконец получил настоящую пару? Дракон и хозяйка. Огонь и очаг. Сила и тепло. Боги, как любят старые легенды такие совпадения.

— Ты не веришь в легенды, — сказал Ларс Виттен.

Старый управляющий стоял у Сердца, поддерживая Арена. Стеклянная рука его светилась слабым зелёным огнём. Он был страшно бледен, но взгляд держал прямо.

Даррен повернулся к нему.

И вот тут в его лице впервые мелькнуло настоящее раздражение.

— Ларс. Признаюсь, я надеялся, что вы уже умерли окончательно.

— Я тоже. Но упрямство оказалось семейным.

— Как скучно вы распорядились подаренной вам жизнью. Два года под землёй, рядом с испорченным садовником и трещиной в Сердце.

— Зато с чистой совестью.

Даррен улыбнулся.

— Не льстите себе. Вы открыли оранжерею.