Онлайн книга «Возьму злодейку в добрые руки»
|
Брант задохнулся, мгновенно воспламеняясь. «Эй, — осадил в голове ее голос. — Это можно пропустить. Дальше смотри». А дальше — замковая площадь. И он… то есть, нет, не он, а Лавандея верхом на лошади, украшенной гирляндами из цветов, судорожно поправляет складки роскошного наряда. Вот только отнюдь не радостью и предвкушением наполнено сердце, по щекам струятся горячие слезы. Вокруг беснуется толпа: одних разрывает от хохота, другие тычут в нее пальцами, кто-то посмел запустить в нее тухлым куриным яйцом, испортив прекрасное свадебное платье. Неприличные жесты, грязные оскорбления, бесстыдные глаза, жадные до зрелищ — мужчины, женщины, дети, все против нее. Но взор Лавандеи обращен поверх голов — к сторожевой башне, где стоит понурый Амис Налль и стыдливо прячет глаза. Рядом с ним — старый граф, сурово вцепился пятерней в плечо сына. Склоняется к его уху, протягивает указующий перст к Лавандее. «Смотри». Внутри — обида, злость, боль обманутых ожиданий. Публичное унижение. Нет, она не простила. А он, Брант… сумел бы простить? Больнее всего — предательство Амиса. Тот, кто клялся в вечной любви, кто обещал взять ее в жены, тот, к кому она ехала невестой на свадьбу в назначенный день. Гнев взметнулся внутри удушающей волной, уродливой черной тучей пронесся над головами. «Будь ты проклят, Амис. Раз ты предал любовь, не познаешь ее больше ни с кем». И снова толпа. Лавандея переводит взгляд от одного лица к другому, навсегда оставляя в памяти. Женщин-насмешниц кара настигла быстро: кто окосел, у кого вырос горб на спине, у кого-то иссохло плодородное чрево. Месть для мужчин она приберегла на потом. О, Брант видел эти же лица — там, в мраморной каменоломне, угрюмые и злые. Вспоминали ли пленники тот день, за который расплачивались? Брант моргнул и… стал моросящим дождем, пролившимся над алтарем в центре храмового капища. Возле него — Амис Налль и юная леди Амелия. Он подавлен, она смотрит с испугом то на своего жениха, то на небо. А дождь над их головами плачет солеными слезами. «Будь ты проклят, предатель». Слишком глубокая обида. Слишком… черная. Брант тряхнул головой, пытаясь избавиться от неприятного чувства. «Покажи сговор с Холдором». Где-то поблизости — обреченный вздох. А Брант теперь в чужом замке. То есть, она… Спокойная, как вода в лесном озере. Смотрит в хитрые, цепкие глаза Ингита Холдора. Ему не сравниться с Амисом Наллем в благородности черт, но в его первобытной грубости есть что-то такое, что интригует, манит. И тянет попробовать. Что ж, она слишком долго не получала знаков внимания от мужчины. Что за?.. Щеки горят от смущения, и Брант едва слышит голос, слетающий как будто с его собственных губ. «Это будет легкая победа, — говорит Лавандея. — Никакой кровавой резни». Холдор, посмеиваясь, кивает. «Помоги — и я положу весь Малленор к твоим ногам, прекрасная Лавандея. А хочешь — женюсь. А что? Будет забавно. Тебя с позором изгнали из этого замка. А ты войдешь в него госпожой и моей женой». От этих заманчивых слов в животе делается сладко. Быть законной женой… «По рукам. Только запомни: Амис нужен мне живым». Холдор смеется. «Ладно, бери, но лишь когда сам я вдоволь с ним натешусь». Теперь — балдахин над кроватью. И хищный взгляд графа, его мясистые губы. |