Книга В сердцах холодный лед, страница 82 – Ольга Токарева

— Мне вот интересно. Как наше появление будут воспринимать люди, не видящие нас до этого?

— Сейчас узнаем.

Ярима покинула комнату и вскоре вернулась со служанкой.

— Уана, помоги Киаре подобрать платье в дорогу. Мы отправляемся в родовое имение.

— Слушаюсь, Ваше Сиятельство, — пролепетала девушка.

Подойдя ко мне, подхватила под руки и повела в ванную комнату, приговаривая на ходу: — Леди Киара, да кто же после такого глубокого обморока на полу босыми ногами стоит? Сейчас я вот ванну водой наполню, добавлю всяких травок, и вас ни одна хворь не возьмет.

Повернув голову, я с жалостью посмотрела на маму и призраков. Но они замерли, как Ангелочки, с любовью в глазах, молча передав меня в руки бестии. Опять мочалкой будет натирать, как будто мой основной вид деятельности — добыча угля.

Попытка притормозить и выскользнуть из ее крепкого захвата рук ничего не дала. Через пять минут я уже лежала в ванне, а ловкие пальчики девушки намывали мне голову…

Ярима переглянулась с тетушками и Кавис.

— Нашей девочке нужно время, чтобы ее плачущая кровью душа перестала кровоточить. Поживем в имении, а там и посмотрим. Что дальше делать и как жить?

Выезд из особняка не прошел без происшествия.

Едва я подошла к карете, ко мне поспешил Идонт: — Леди Киара! Извозчик, что вас привез, вот уже более суток чего-то выжидает у ограды. Отъедет ненадолго и опять под забором ставит экипаж.

Нахмурившись, не могла понять, о ком говорит слуга? Но потом, вспомнив, как уезжала от замка Арвайских, вымолвила: — Точно. Я ведь с извозчиком не рассчиталась.

Я не выходила на улицу, не положив в ридикюль мешочек с монетами. Случаи разные могут быть, лучше всегда иметь деньги под рукой.

Выйдя за калитку, подошла к экипажу, занимающимся извозом. Его можно было отличить от обычных карет по наличию на крыше повозки прикрепленной миниатюры кареты. Ночью в игрушечной повозке зажигался магический камень, а с наступлением дня затухал.

На козлах сидел щупленький мужичок лет пятидесяти. В принципе ничем не отличающейся от людей, занимающихся извозом.

— Милейший, простите меня ради Единого. Я вам за извоз не заплатила. Скажите, сколько я вам должна?

— Леди… вы меня не узнаете? А хотя о чем я говорю. Тут такое дело. С месяц назад я вас ночью в глухом переулке бедного квартала подобрал. Вы тогда не одни были. Не знаю, помните или нет?

— Отчего не помнить. Я все прекрасно помню. И вашу доброту век не забуду.

— Что вы, леди. Я ведь совсем не о том. Вы тогда мне мешочек с монетами дали. Еще сказали, что золотые там. Я-то взял да подумал: насмехается леди. Кто же за извоз золото дает? Приехал домой, развязал тесемку, а там… Хотел поехать и вернуть…

Мужчина замолчал, а я никак не могла взять в толк. Что ему надо?

— Понимаете, Ваше Сиятельство...

Извозчик бросил на меня виноватый взгляд и все никак не решался сказать, будто его что-то грызло.

— Тут такое дело. В общем, я эти монеты потратил. Вы не подумайте. Себе и золотого не оставил. У брата сын умирал. Простые снадобья не помогали. Целитель нужен был. А они сами знаете, сколько берут за лечение магией. У брата и нас таких средств и в помине не было. Думали, что помрет наш Димур. А тут в руки само пришло. Вот я и решился. Димур нам как родной. Своих детей нам Единый не дал. Вот мы с женой и воспитывали мальчонку сызмальства. Простите, леди.