Книга В сердцах холодный лед, страница 116 – Ольга Токарева

— У меня личные счеты с сыскными собаками. Пусть сами свой хлеб отрабатывают. А раз вы меня запомнили, то не буду ходить вокруг да около. Мне необходим комплект одежды, как в прошлый раз. Есть что-либо стоящее?

— Только вчера баронесса вещи сдала. Одежда на все времена года. Предупреждаю сразу, в этот раз товар не весь новый, но в очень хорошем состоянии. Вещи продаются все сразу. Или забираете, или выбираете платья, имеющиеся в лавке.

Торговаться совершенно не хотелось.

— Сколько?

— Пять золотых без торга.

Расплатившись с лавочником, вышла на улицу. Пока Эром складывал в карету покупку, потрясла полупустой ридикюль и сморщилась. Деньги таяли, как снег в солнечный весенний день. Прибылью, полученной с таверны и ювелирной лавки, распоряжаться не могла, так как договора были составлены на Яриму. Найдя тайник, жила на широкую ногу и о деньгах мало задумывалась. Неожиданно вспомнила, что на моем счету в банке имеется небольшая сумма. Десять тысяч, выданные графом Куварским за лечение дочери. Ярима тогда уговорила меня взять деньги и положить в банк на мой счет: «Ты и так всю заботу о нас взяла на себя. Отложи на приданное». Вспомнила наш разговор, садясь на сиденье.

«Мое приданное лежит в тайной комнате подвального помещения нашего особняка. А десять тысяч как раз пригодятся рассчитаться с Энзо Калинских и оставить на расходы по содержанию дома».

Из банка я выходила, как немного тюкнутая по голове. Не представляю, какие разыгрались торги вокруг ювелирных украшений рода Арвайских, но заполучить за них миллион никак не ожидала.

После того, как пришла в себя, быстро распределила деньги: пятьсот тысяч положила на счет Флави, триста тысяч распорядилась доставить в особняк четы Одиевских, сто тысяч положила на содержание нашего особняка и зарплату Мари, если, конечно, девушка захочет остаться. Жить одной в доме тоже страшновато, но это мы с ней обсудим после того, как у меня все будет готово к побегу. И еще сто тысяч я забрала с собой. На непредвидимые расходы и в дороге чем-то нужно было расплачиваться.

Служащий донес набитый золотыми монетами саквояж до кареты, поставив его на сиденье, вежливо поклонился. Получив от меня серебряную монету, расплылся в благодарной улыбке.

Карета тронулась, а мои мысли так и кружили вокруг Аргаира. Опять накатил страх. «А не перегнула ли я палку? Все-таки глава тайной канцелярии может отомстить. Ладно, поживем — увидим».

По приезду домой Мари огорошила меня новостью: — Представляете, леди Киара, сегодня братья Арвайские сочетались браком в храме Единого.

Вилка с кусочком жареной рыбы так замерла у моего рта.

— Да вы ешьте, ешьте, Ваше сиятельство. Поговаривают, невеста канцлера настолько страшная, что он ее прямо у алтаря бросил. Правда опомнился и через два часа вернулся. Одумался, видно. Приданое у невесты целые золотые прииски, кто же от такого добра откажется.

Представив всю эту картину, я прыснула, а затем зашлась в веселом смехе. Вытерев слезы салфеткой, покачала головой.

— Мари. Ну, повеселила от души. Давно так не смеялась.

Девушка в недоумении дернула плечами, а затем, округлив глаза, вскрикнула: — Я ведь совсем забыла! Для вас три письма доставили! В кабинете на стол положила.

— Письма? — недоуменно переспросила я, а потом, вскочив со стула, понеслась на второй этаж.