Книга Три дня нашей страсти. Во власти Змеиного леса, страница 12 – Лера Виннер

— Подожди!

Неподалеку раздавались музыка и смех, и нас могли видеть…

Он тихо засмеялся, качая головой:

— И не подумаю.

Змей склонился ниже, повторил путь своего языка губами, а потом одним уверенным движением стянул с меня белье.

Он не рвал мою одежду, обращался с ней так аккуратно, как будто она еще могла мне понадобиться, а я запрокинула голову, кусая губы, чтобы хотя бы не смотреть. Если уж это все равно неизбежно…

Мой план провалился с треском, потому что Эйдан накрыл мое естество ладонью, неторопливо провел ею вверх-вниз.

— Ты уже готова, — в его голосе слышалось удовлетворение.

Мне стоило огромного труда не застонать, когда чувствительной кожи коснулся воздух.

Эйдан же устроился поудобнее, и пока я пыталась нормально вдохнуть, раскрыл меня для меня пальцами.

— Ах да, Кэтлин. Забыл сказать. Еще я буду на тебя смотреть. Ты ведь понимаешь, что я идеально вижу в темноте?

Пальцами другой руки он легонько, пока еще только дразня, надавил на клитор, сделал первое мучительно-невесомое движение, а потом еще одно, и еще, и двинулся ниже, растирая густую и липкую влагу.

На этот раз меня прошибло ледяным потом. Он ведь и правда все видел, видел так хорошо.

— Нет.

— В самом деле? — он вскинул бровь так чудовищно спокойно. И резко двинул пальцами вверх.

Во второй раз на самое чувствительное местечко он надавил куда настойчивее. Пальцы двигались ритмично, уверенно, но все равно пока недостаточно.

Идеально для того, чтобы заставить меня выгнуться под ним снова, но слишком мало для полноценного удовольствия.

Поверхностно и тяжело дыша, я попыталась сосредоточиться на качнувшейся над головой ветке, не позволить физическим ощущениям взять верх над разумом.

Не чувствовать, как пальцы Эйдана снова двинулись вниз, касаясь так откровенно, как никто не касался до него.

Больше всего на свете мне хотелось наплевать на все и умолять его остановиться. Согласиться на все и разом, попросить прощения за свое упрямство, если придется, но упросить его не делать этого со мной. Не заставлять меня чувствовать себя такой беспомощной, такой открытой. Зависимой от его воли и сгорающей в предвкушении того, что это существо может сделать со мной.

Незнакомое, неизведанное, оттого опасное чувство.

Даже если бы он просто лег сверху и вошел в меня, это было бы проще. Понятнее. Не пришлось бы думать о том…

— Кэтлин, — он позвал чуть слышно, немного нараспев. — Посмотри на меня.

Я подчинилась. Не потому, что хотела подольститься к нему или приняла его дикие правила, а потому что не могла не послушаться.

Эйдан смотрел на меня испытующе и задумчиво улыбался.

— Не отворачивайся, красавица. Я хочу, чтобы ты это видела.

Его уверенное «Я хочу» прокатилось по венам пожаром, и я тяжело сглотнула, понимая, что то ли это проклятый лес был виноват, то ли моя отодвинутая на десятый план неудовлетворенность, но одной фразы оказалось достаточно…

На этот раз вместо пальцев меня коснулся его раздвоенный язык. Если бы не придавившая меня к траве сила, я бы подскочила на месте, потому что это оказалось… неописуемо. Невесомо, возбуждающе, немыслимо.

Осознание того, что ласкающий меня мужчина даже не человек, накрыло волной, и я сдавленно вскрикнула, а его язык двинулся ниже.

Я почти не чувствовала этих прикосновений, они оставались лишь полунамеком, но проходились точно по венам, посылали по телу вспышки одуряюще яркого удовольствия.