Книга Уроки Искушения, или Пылающие Сердца Драконов, страница 192 – Деймон Краш

Я говорила быстро, сухо, как на докладе перед меценатами. Потому что время буквально утекало сквозь пальцы.

— Ты серьёзно? — Рик нахмурился и подался вперёд. — Лейла, это техники артефакторики, если ты допустишь хоть малейшую ошибку, он умрёт.

— Он и так умрёт! — крикнула я, резко останавливая дракона. — Знаю, это опасно, важно не перепутать направление потоков, но я умею это делать!

Рик смотрел на меня несколько долгих секунд. Потом перевёл взгляд на брата. На его белое неподвижное лицо, на грудь, которая больше не поднималась.

— Что мне делать? — спросил он.

— Ложись рядом с ним и следи, чтобы сила циркулировала в нужную сторону.

Он не стал спорить. Оттолкнулся от стены здоровой рукой, подтянулся к Дрейку и лёг рядом, плечо к плечу. Его движения были тяжёлыми, неуклюжими, как у раненого зверя, но в глазах уже не было той пустоты, которая напугала меня минуту назад.

Я опустилась на колени между ними. Глубоко вдохнула, выдохнула, пытаясь успокоиться, чтобы руки перестали трястись. Не помогло. Тогда просто перестала обращать внимание.

Положила левую руку Рику на грудь, правую — Дрейку. Под левой ладонью — стук, глухой, упрямый, неровный. Под правой — тишина.

Из чего состоит любой магический предмет? Из ядра, в котором циркулирует сила. Из линий-потоков, которые создают плетения. Из оболочки.

Если взять любое живое существо, мы увидим то же самое строение.

Два артефакта передо мной. Один рабочий. Второй — сломанный. Идентичная конструкция, идентичные частоты, одна кровь, одно строение. Артефакты-близнецы.

Я закрыла глаза и переключила зрение в тонкий режим. Сначала — Рик. Его потоки были на месте, чуть потрёпанные, с тёмными пятнами от парализатора, но живые, текущие, тёплые. Я чувствовала их запах даже с закрытыми глазами — металл и озон, как после грозы.

Потом — Дрейк. И вот тут мне пришлось стиснуть зубы, потому что он состоял из обрывков каналов, и найти, какой куда должен быть присоединён, казалось невозможным.

Мне нужно было найти хоть какие-то остатки. Хоть одну нить, за которую можно зацепить плетение Собба. Хоть тень направления, чтобы не пустить силу Рика в обратную сторону — потому что если я ошибусь, сгорят оба.

Я наклонилась ниже, почти касаясь носом его груди, и вдохнула.

Запах был слабым, почти неразличимым, но следы были. Не движение силы — остаточный эффект. Я медленно провела носом вдоль его грудины, как учил отец, когда мы вместе разбирали старые артефакты в мастерской. Сначала в одном направлении, потом в другом. Пока не определила, откуда и куда двигалось это течение. Это был обрывок канала, который шёл от резервуара вверх и вправо, к плечу.

Вверх и вправо. Значит, основная циркуляция шла по часовой стрелке. Как у Рика — я проверила, быстро мазнув вниманием по его потокам. Хорошо.

— Приступаю, — выдохнула я и почувствовала, как напрягся Рик под моей ладонью.

Я закрыла глаза и начала мысленно создавать плетение-переходник, как по учебнику. Всё это было живо в памяти после недавнего зачёта, поэтому я воссоздала плетение быстро и точно, после чего соединила его с двумя крупными каналами Дрейка, бегущими через сердце и мозг и соединяющимися в резервуаре.

Теперь самое сложное. Найти аналогичный канал у Рика, разорвать его и присоединить к переходнику.