Книга Семь причин влюбиться в мужа, страница 94 – Татьяна Абалова

Старая Барга поспешила уйти, но король перехватил ее и, горячо расцеловав, шепнул ей «спасибо».

Вернувшись ко мне, подхватил на руки и закружился.

— Сын! У нас будет сын! Барга никогда не ошибается!

Переступив порог, все еще пританцовывая от радости, Лард донес меня до кровати. Его восторг передался и мне. Я смеялась и, обхватив руками, целовала красивое лицо мужа. Теперь он был доступен мне весь. Его глаза, нос, скулы.

Упав вместе со мной на кровать, Лард поцеловал меня и прошептал:

— Любимая.

— Любимый, – я вернула ему поцелуй. Помня о наказе шаманки и моем обещании, я нехотя освободилась из объятий мужа. Нашу кровать заранее расправили, девственно белые простыни ждали капелек моей крови, а я опрокинула на них содержимое маленькой шкатулки. Песок, искрясь под лучами десятка свечей, заструился вниз, но лишь коснувшись поверхности, ярко вспыхнул и растворился в воздухе.

Я затаила дыхание в ожидании волшебства, но, не увидев его, разочарованно выдохнула. И тут же невероятная истома охватила мое тело. Не в силах стоять на коленях, я упала в объятия Ларда.

Если бы не оставшаяся холодной «Бриллиантовая слеза», я бы решила, что шаманка одурманила нас: я не принадлежала себе – любое мое движение подчинялось упругим струям ветра. Жаркий ветер, покрыв наши тела бисеринками пота, заставил скинуть с себя рубашки, влажный стер следы испарины. Все вокруг плыло и кружилось, раскалывая свет на тысячи золотых и серебристых искр. Любовный танец наших обнаженных тел, овеваемых страстными ветрами, закончился взрывным наслаждением. Заласканная, зацелованная, я не смогла вспомнить, было ли мне больно, и только капельки крови на простынях свидетельствовали, что все страхи остались позади.

Я подняла голову. Рядом, так и не выпустив меня из объятий, безмятежно спал мой муж. Теперь он не одинок: у него есть преданная жена, в положенный срок родится сын, а за морем его ждет мать, которую он когда–то потерял, но обрел снова, благодаря хорошей памяти Барги. Шаманка, дружащая со всезнающими и всемогущими ветрами, подтвердила, что он старший сын Лючии Фарикийской, которая до сих пор оплакивает его потерю.

Упрекнул бы Лард своих приемных родителей, будь они сейчас живы, за то, что лишили его памяти о прошлом, заставили надеть маску и спрятаться за ней от всего света? Я думаю, нет. Он простил бы им страстное желание иметь сына. Благодаря королевской чете Тарквидо, Лард вырос благородным, сильным, мужественным, отважным и милосердным… Я бы до бесконечности могла перечислять те качества, которыми его наградила судьба. Их гораздо больше семи, и за каждое из них я была благодарна его родителям. Даже после своей смерти они сумели осчастливить ту, что положит жизнь, чтобы сделать счастливым их сына.

Я поцеловала мужа, положила голову ему на грудь и закрыла глаза.

Темнота накрыла дворец Семи водопадов, не горел ни один факел. Только унылая луна пыталась заглянуть в некогда ярко освещенные комнаты великолепного замка, но не находила ни одной щелочки. Все окна были завешены траурными знаменами. Они зловеще шевелились, подчиняясь вечному сквозняку, чем неимоверно пугали служанок, спешащих выполнить редкие поручения королевы Лючии и ее приближенных. Тишину нарушали лишь торопливые шаги жителей замка да далекая перекличка стражников, совершающих полуночный обход. Придворный люд боялся возмутить покой скорбящей правительницы Фарикии. Горе поселилось во всей стране – не вернулся из военного похода молодой король, сгинул на своем фрегате в просторах океана.