Книга Семь причин влюбиться в мужа, страница 87 – Татьяна Абалова

— Ты не виноват, – я обхватила ладонями лицо Ларда. Медленно и нежно поцеловала в губы. – Никто из нас не виноват. Мы просто хотели помочь людям, едва не погибшим в море. Я впервые увидела ее, когда сидела в трюме «Жемчужины». Испуганная, не знающая, что меня ждет. Она помогла. Моя щека распухла бы до безобразия, если бы не ее умение лечить. Она назвалась Ирмой и открылась, что над ней на корабле издеваются. Ну, как над женщиной…. И как после всего мы могли не поверить несчастной девушке и быть настороже?

— Кора едва не убила тебя.

— Если ведьма любила Теодора, то понятно, почему она решилась отравить меня – причину всех его несчастий.

— Месть.

— Месть. Но для чего Кора усыпила тебя? Зачем притворялась мной?

— У меня только одно объяснение, – Лард опустил глаза. Я впервые видела, как краснеет мужчина. Не от ярости – таких я видела и не раз, а от чувства неловкости. – То, чего она не взяла у Теодора, решила хитростью взять у его близнеца.

Я закрыла рот рукой. Лард понял меня.

— Я не знаю, получилось ли у нее. Лекарь, например, – тут король вздохнул, – не сомневается, что от спящего можно понести. При определенном старании.

— Но… Ты был раздет?

— Да.

— Что же теперь будет? Зачем ей малыш?

— Женщины иногда хотят заполучить ребенка от любимого, но здесь не тот случай. Часто дети становятся рычагами давления.

— Она будет шантажировать нас?

— Нет. Не посмеет. Есть более слабый человек.

— Королева Лючия! – осенило меня.

— Да.

Я заплакала. Я ничего не могла с собой поделать. Сидела и плакала.

— Что с тобой?

— Я в ужасе.

— Из–за судьбы Фарикии? Как ни крути, если Кора забеременела, ее ребенок имеет все основания претендовать на трон. Пусть даже вскроется, что Теодор не имел к этому дитю никакого отношения. Он старший сын старшего сына.

— Да при чем тут Фарикия! Я так далеко не заглядывала. Я в ужасе, что у тебя появится ребенок, сын или дочь, и он будет не моим. Как мы теперь будем жить?! Какая ни была бы его мать, мы должны будем дитя признать!

Все во мне протестовало против Коры, но я знала Ларда и понимала, что он никогда не откажется от своего ребенка.

— Боже! Как же я ее ненавижу! А я еще, глупая, высадила ее на берег!

— И что бы ты сделала, когда бы Кора осталась на корабле? Повесила на рее как преступницу, покушавшуюся на твою жизнь? Тебя, конечно, никто не осудил бы…

— Я не смогла бы повесить вместе с ней твоего неродившегося ребенка.

— Поэтому перестань плакать, – король пальцами стер мои слезы. – Изменить что–либо уже не в наших силах. Будем жить и следовать своим планам.

— А Кора?

— Судьба решит. Если понадобится помощь королеве Лючии, мои люди будут рядом.

— Будем наблюдать?

— Будем жить долго и счастливо. Скоро Тарквидо.

— И наша свадьба. Я люблю тебя, Лард, – я вздохнула и обняла моего короля. Прижалась к его голове щекой.

— И я тебя, Виола.

Прибытие в порт Тарквидо ознаменовалось залпом береговых орудий. Цветной дым ярко раскрасил небо, по воде поплыли сотни венков из белых цветов, а на пристани празднично одетые девушки с гирляндами в руках, встав в два ряда, образовали арочный проход.

Когда на палубе «Суровой леди» появился король Лард под руку со мной, одетые вовсе не в парчовые одежды, как задумывалось, а вполне себе скромно – в те наряды, что мы на скорую руку купили в лавках Сардога, грянул военный оркестр. Во время исполнения гимна моей новой родины, люди как на воде, так и на суше замерли, традиционно прижимая ладони к сердцу.