Книга Двор Опалённых Сердец, страница 249 – Элис Нокс

Он сглотнул, и я увидела, как его руки сжались в кулаки.

— Двор был на грани хаоса. Летние земли без короля – это приглашение для врагов. Я… я сделал то, что должен был сделать. Надел твоё лицо, чтобы дать двору время. Чтобы найти тебя.

Оберон смотрел на него с нечитаемым выражением.

— Как благородно с твоей стороны, – его голос был ровным, слишком ровным. – Носить мою корону. Сидеть на моём троне. Править моим двором.

— Я не хотел! – брат шагнул вперёд, в его голосе прорвалось отчаяние. – Я ненавидел каждую секунду этого! Ты думаешь, мне нравилось изображать тебя? Принимать решения за тебя? Спать в твоих покоях, слушать советников, которые сравнивали каждое моё действие с тем, что сделал бы ты?

Он провёл рукой по лицу, и я увидела, как на глазах блеснули слёзы.

— Я делал это, чтобы спасти двор. Чтобы дать королеве-матери надежду. Чтобы… – его голос сорвался. – Чтобы ты мог вернуться домой, когда мы тебя найдём. Но теперь…

Его взгляд скользнул по смертному телу Оберона, по округлым ушам, по отсутствию ауры магии.

— Что они с тобой сделали? – прошептал он.

Тишина повисла тяжёлая и давящая.

Оберон стоял неподвижно, его лицо оставалось маской, но я видела – чувствовала через метку – как внутри него бушевала буря. Гнев. Боль. Что-то похожее на облегчение, смешанное с горечью.

— Вы правильно заметили. Кто-то наложил на меня Печати, истязал и выбросил за Границу. В смертной земле.

Зал ахнул. Советники заговорили все разом, их голоса сливались в единый шум возмущения.

Оберон поднял руку, и все замолчали. Даже без магии его присутствие заставляло подчиняться.

— Я не знаю, кто это сделал, – его голос был твёрдым. – Но я вернулся. И я намерен вернуть то, что принадлежит мне по праву.

Его взгляд метнулся к брату, затем скользнул по залу, останавливаясь на мгновение на каждом лице.

— Созовите совет, – приказал он. – Немедленно. Мне нужны ответы. Мне нужны имена. И мне нужен способ снять Печати.

Советники закивали, бросаясь выполнять распоряжения. Стражники выпрямились. Придворные зашептались между собой с благоговением и страхом.

Брат облегчённо выдохнул.

— Я рад, что ты вернулся, – сказал он тихо. – Что бы ты обо мне ни думал, брат – я рад.

Оберон молчал мгновение, затем кивнул – едва заметно, но это было признанием.

— Проследи за матерью, – сказал он устало.

— Конечно, – брат поклонился и отошёл, давая распоряжения слугам.

А Оберон остался стоять в центре зала, окружённый своим двором, своими людьми, своим миром.

Метка пульсировала на запястье – тупая, ноющая боль, которая отдавалась где-то в груди. Я не знала, было ли это эхо его эмоций или моих собственных.

— Полагаю, тебе здесь больше нечего делать, смертная, – протянул Алистор, наблюдая за мной с любопытством хищника, изучающего интересную добычу.

Я сжала челюсти.

— Иди к чёрту.

— Уже был, – он усмехнулся. – Скучновато. Предпочитаю наблюдать, как другие туда попадают.

Он кивнул в сторону Оберона, который в окружении советников направлялся к выходу из зала. Его шаги были уверенными, спина прямой. Король, возвращающийся к своим обязанностям.

— Он вернулся домой, Кейт, – Алистор произнёс моё имя с насмешливой нежностью. – К своему трону, своей короне, своему миру. А ты… ты всего лишь попутчица, которая сослужила службу.