Книга Двор Истлевших Сердец, страница 176 – Элис Нокс

Взгляд невольно скользнул ниже — к узкой талии, изгибу поясницы, к...

Я резко отвела глаза, чувствуя, как жар заливает лицо. Но через несколько шагов глаза снова вернулись — предательски, помимо воли.

Он двигался как хищник — плавно, грациозно, каждая линия тела говорила о силе и опасности. И я не могла не заметить. Не могла не видеть.

Боги, что со мной не так?

Я только что узнала, что он привёз меня сюда, чтобы я разорвала связь. Что он отпускает меня. И вместо того, чтобы радоваться, я пялюсь на него, как...

Я зажмурилась, заставляя себя смотреть только под ноги.

Сосредоточься. Думай о том, что важно.

Дейрдре. Поместье. Снятие меток.

Свобода.

Но мысли возвращались к нему снова и снова.

К тому, как он держал меня в том мёртвом лесу. К тому, как зверь с медной шерстью грел меня ночами. К тому, как он смотрел на меня перед порталом — так, будто прощался.

Грудь сжалась — болезненно, удушающе.

Я не хотела этого. Не хотела думать о нём. Не хотела чувствовать всё это.

Но чувствовала.

И ненавидела себя за это.

Рован остановился, оглядываясь через плечо.

— Ты идёшь?

Я кивнула, не доверяя голосу.

Он задержал взгляд на мне — долго, внимательно, — а потом развернулся и пошёл дальше.

Безмолвие давило. Становилось невыносимым.

Я не выдержала.

— Почему ты постоянно голый? — выпалила я, и голос прозвучал громче, чем планировала.

Рован замедлил шаг, не оборачиваясь.

— Что?

— Ну... — Я замялась, чувствуя, как жар снова заливает лицо. — Ты... всё время без одежды. Это потому что часто превращаешься в зверя? Типа... не хочешь рвать одежду каждый раз?

Он обернулся — медленно, и уголок губ дёрнулся в едва заметной усмешке.

— Отчасти. Одежда мешает трансформации. И да, рвётся. Дорого выходит.

Я хмыкнула, не удержавшись.

— Король фейри жалуется на дорогую одежду. Прямо трагедия.

Рован усмехнулся — коротко, но искренне.

— Ты удивишься, как часто приходится менять гардероб, когда зверь берёт власть над разумом.

— И... часто это происходит? — спросила я тихо, не понимая, почему сердце забилось быстрее.

Рован остановился, не оборачиваясь. Плечи напряглись.

— В последний месяц — довольно часто, да. По крайней мере, в звериной форме связь блокируется. И мне легче переносить голод.

Слова ударили, как пощёчина. Воздух застрял в лёгких.

Он говорил обо мне. О нас. Как будто это было чем-то большим, чем просто плен и метка.

И я вспомнила его слова, что после Самайна в его мире прошло больше времени, чем здесь.

Я сглотнула, отводя взгляд.

— Скоро тебе не придётся об этом беспокоиться. Дейрдре снимет метку. И ты вернёшься к своей спокойной жизни.

Долгая, тяжёлая пауза.

Когда я подняла взгляд, Рован смотрел на меня, и в его глазах было столько боли, что перехватило дыхание.

— Да, — произнёс он наконец, и голос стал глухим. — Вернусь.

Он развернулся и пошёл дальше.

А я осталась стоять, чувствуя, как внутри что-то разламывается окончательно.

Почему мне так больно?

Я хотела этого. Хотела свободы, хотела снять метку, хотела вернуться к нормальной жизни.

Так почему же сейчас, когда всё это так близко, внутри была только пустота?

Я заставила себя двинуться следом.

Один шаг. Ещё один.

Земля под ногами была неровной — камни, корни, острые сучья. Боль в ступнях нарастала с каждым шагом, но я игнорировала её, заставляя себя идти дальше.