Книга Двор Истлевших Сердец, страница 155 – Элис Нокс

Постепенно — очень постепенно — рыдания стихли. Дыхание выровнялось, стало глубже и спокойнее. Сердце замедлило свой бешеный бег. Дрожь, сотрясавшая тело, начала отступать.

— Спасибо, — прошептала я в его мех, и голос вышел хриплым, израненным. — Спасибо, что ты здесь. Что остался.

Зверь ответил тихим урчанием — таким нежным, что новая волна слёз подступила к горлу, но на этот раз не от боли.

Он сдвинулся ближе, устраивая меня удобнее, и я почувствовала, как огромное тело полностью окутывает меня. Спина прижалась к его тёплой груди, моя голова устроилась на мягкой передней лапе, хвост обвился вокруг ног. Я оказалась спрятана в коконе из меха и тепла, укрыта от всего мира.

От кошмаров.

От Рована.

От страхов, которые преследовали даже во сне.

Я прижалась ближе, вдыхая его запах — землю и мох, осенний лес и что-то дикое, чистое, древнее. Слушала биение его сердца сквозь мех и кожу — ровное, размеренное, успокаивающее, как удары метронома.

Бум-бум. Бум-бум. Бум-бум.

Якорь. Единственный якорь, удерживающий меня в реальности.

— Он не найдёт меня здесь, правда? — прошептала я в темноту, и голос прозвучал надломленным, просящим. — Скажи, что не найдёт...

Зверь напрягся — едва заметно, но я почувствовала, как мышцы под мехом затвердели, как когти скребнули по земле. Массивная голова приподнялась, и взгляд впился в темноту поляны — сканирующий, проверяющий каждую тень, каждое движение.

Защищая.

Потом он снова посмотрел на меня и фыркнул — тихо, но с такой решимостью, что что-то тёплое разлилось в груди.

Не найдёт. Пока я жив — не найдёт.

Благодарность смешалась с чем-то большим — чем-то, что я боялась назвать, боялась признать, потому что это делало меня уязвимой. Привязанной. Зависимой от существа, которое могло исчезнуть в любой момент.

Но сейчас, в эту ночь, после кошмара, который всё ещё цеплялся за края сознания, мне было всё равно.

Я протянула руку и коснулась его морды.

Он замер, не дыша, позволяя прикосновению, и в глазах плескалось что-то настолько глубокое, настолько человеческое, что сердце пропустило удар.

— Спокойной ночи, — прошептала я, закрывая глаза и зарываясь лицом в его тёплый бок.

Зверь тихо заурчал в ответ, и я почувствовала, как морда осторожно легла рядом с моим плечом, как его дыхание — ровное, тёплое — согревало кожу сквозь тонкую ткань.

И на этот раз, когда сон начал забирать меня, медленно, мягко, укутывая в бархатную темноту, кошмары не посмели вернуться.

Потому что даже во сне я чувствовала его присутствие рядом.

Защиту. Тепло. Безопасность.

То, чего у меня никогда не было с Рованом.

И то, чего я боялась потерять больше всего на свете.

Я проснулась с ощущением, что что-то изменилось.

Не резко — не от звука или прикосновения, не от опасности, скребущейся у границ сознания. Просто... изменилось. Воздух стал иным. Легче. Теплее. Словно мир за ночь сделал вдох и решил, что, может быть, стоит попробовать жить снова.

Я лежала неподвижно, не открывая глаз, укутанная в кокон из меха и тепла. Зверь всё ещё был рядом. Я чувствовала его присутствие всем телом: массивный бок у моей спины, ровное дыхание, которое шевелило волосы на затылке, тяжесть лапы, переброшенной через мою талию в какой-то момент ночи.

Он спал или притворялся. А я лежала и слушала мир, который просыпался вокруг.