Книга Уроки любви и предательства (от) для губернатора-дракона, страница 29 – Лера Виннер

— Если только вы знаете, зачем оно мне нужно. Вы с лёгкостью могли жестоко надругаться надо мной, а после посмеяться над моими слезами…

— Но теперь вы уверились, что я этого не сделаю?

Я осеклась, потому что этот заданный негромко и с тщательно сдерживаемой насмешкой вопрос застал меня врасплох.

И правда, что заставляло меня теперь считать иначе? Пара поцелуев и спокойный тон?

Ответить требовалось честно, и я сделала ещё один глоток вина, давая себе время на обдумывание этого ответа.

— Теперь я думаю, что это в любом случае будет не так страшно, как я представляла себе позавчера.

Как ни странно, Рейвен не засмеялся.

Хуже того, он подошёл ещё ближе, и чтобы скрыть дрожь, внезапно возникшую в руках, я поставила бокал прямо на подоконник.

— Что бы вы ни планировали, до сих пор вы были ко мне снисходительны. Я не могу просить, чтобы так было и впредь, но топить вас в чужой грязи, а заодно и вываливаться в ней самой, считаю недостойным.

Стоило только договорить, и силы меня оставили. Я даже испугалась, что вот-вот закружится голова или колени постыдно подогнутся от чудовищного напряжения, но Рейвен подхватил меня раньше.

Крепко обняв за талию, он привлёк меня ближе, погладил раскрытой ладонью по спине и поцеловал смело, глубоко, непристойно.

Невнятно охнув, я сжала его плечи и запрокинула голову, чтобы ему было удобнее, стиснула пальцами ткань его сюртука.

И только после опомнилась.

На этот раз он целовал, не требуя ответа, навязывал мне происходящее, но я бы чудовищно солгала, если бы хотя бы подумала, что это неприятно.

У губ Рейвена был привкус вина и чего-то ещё неуловимо приятного. Он больше не гладил меня, но держал так крепко, словно это было самым естественным для нас времяпрепровождением. Как будто мы вовсе были наедине, а не в столовой, где по случайности нас могла увидеть та же Гризелла.

Когда дышать стало нечем, Рейвен сам разорвал поцелуй, но не отстранился и не выпустил меня из объятий.

— Я думала, на сегодня наши занятия закончены.

— Считайте, что от теории мы перешли к практике.

Теперь, когда его глаза оказались так близко, мне померещились золотистые прожилки в густой зелени.

— Вы правы в одном, леди Стефания: ваше положение можно назвать по-настоящему бедственным. Я действительно могу обойтись с вами как угодно, и у вас нет ни способа помешать мне, ни возможности заставить меня ответить за это после.

Он говорил спокойно и вкрадчиво, и от самого звука его севшего голоса меня пробрала дрожь.

Рейвен по-прежнему прижимал меня к себе, и, конечно же, почувствовал, но не стал смеяться.

— Ты упала, а людям свойственно топтать тех, кто лежит. Поэтому лучшее, что ты можешь сделать теперь, — стать той, кто затмит всех на этом приёме. Считай, что это моё к тебе требование. Он состоится через три дня, и я хочу, чтобы ты подготовилась как следует. Пустила в ход всё своё актёрское мастерство. Но если кто-то пытается извлечь какую бы то ни было выгоду из твоей беды, найди способ навязать им свои правила.

Роскошное платье, сшитое из самого дорогого алого атласа, Альберт лично доставил мне за несколько часов до начала губернаторского приёма.

Спешно отправляясь в Мейвен, я, разумеется, не стала брать с собой ни один из достойных столичных банкетных залов нарядов. На празднике мне оставалось сделать акцент на причёске и своих манерах, и этого в текущей ситуации, как я полагала, было достаточно. Однако этот подарок менял мой план в корне.