Книга Звездная пыльца, страница 9 – Надежда Паршуткина

В один из дней, когда я аккуратно перевязывала его руку, он не выдержал и наконец спросил.

— Почему у вас… такие необычные волосы? — Его голос звучал хрипло от недостатка практики, но в глазах читалось неподдельное любопытство.

Я лишь рассмеялась, завязывая аккуратный бантик на бинте.

— Краска такая. Модная нынче, — отшутилась я, проводя рукой по своим голубым прядям.

Правда, конечно, была в другом. Мы были феями. Но раскрывать свои крылья перед незнакомцами, да ещё и с другой планеты, было непозволительной роскошью. Дело было не в суевериях, а в простой безопасности. Наш мир был хоть и прекрасным, но не всегда гостеприимным к чужакам.

Позже, когда лёд между нами начал таять, он представился.

— Меня зовут Алик. А это Мэт, — он кивнул в сторону соседней койки, где его напарник что-то невнятно бубнил, разговаривая с Ингой.

— А я Хлоя. А это Инга, — сказала я, улыбнувшись.

— Очень приятно, — он кивнул, и в его глазах на мгновение мелькнула тёплая искорка.

— Расскажи про вашу планету. Что у вас здесь есть? Как вы живете? — не унимался он.

— Да наверное всё то же самое, как и у всех, — уклончиво ответила я, поправляя подушку за его спиной. — Просто… немного иначе. А у вас не так? — удивлённо спросила я, подавая ему стакан прохладной воды. — Разве на других планетах всё по-другому?

— У нас… другие технологии, — уклончиво ответил он, и его взгляд скользнул по простой деревянной мебели в палате.

— А корабль свой починить сможете? — уточнила я как-то раз, следуя его взгляду, устремлённому в окно, за которым виднелись далёкие горы.

Он тяжело вздохнул.

— Не знаю. Я даже не знаю, что с ним. А мы… — он замолчал, и в его глазах мелькнула тень. — Мы точно были только вдвоём? Никого больше в корабле не нашли?

— Только вы двое, — уверенно ответила я. — Чудом выжили.

— Понятно, — только и сказал он, снова уходя в себя.

Но самым удивительным была их скорость выздоровления. Парни шли на поправку с феноменальной, почти магической быстротой. Переломы заживали на глазах. Рука Алика, которую по всем законам медицины должны были гипсовать месяц, полностью срослась всего за неделю. Когда я снимала с него последние бинты, он сгибал и разгибал локоть, а я не могла сдержать вопрос.

— Как вам это удалось? — тихо спросила я. Всё же не могли же они так быстро восстановиться без какой-то помощи, скрытой от наших глаз.

Он лишь загадочно улыбнулся, и его тёмные глаза пристально остановились на моих.

— Это всё ваша заслуга, — сказал он, и в его голосе звучала лёгкая, почти неуловимая игра.

— Врёте, — рассмеялась я, чувствуя, как по щекам разливается румянец. — Но красиво.

Вечера у больницы стали для меня особенными, но не из-за закатов, окрашивающих небо в нежные персиковые тона. А из-за Лукаса. Он встречал меня каждый день, словно по расписанию, прислонившись к фонарному столбу. Сегодня он держал в руках пышный букет полевых цветов.

— Привет, — его лицо озарила улыбка, когда он увидел меня. Он шагнул навстречу и протянул цветы. — Для тебя.

Я невольно улыбнулась, принимая душистый подарок. От цветов исходил лёгкий, сладковатый аромат.

— Привет. Зачем? — спросила я, перебирая лепестки кончиками пальцев.

— Как зачем? — он искренне удивился, поправляя рукав своей куртки. — Для самой красивой девушки в городе — самый красивый букет. Это же логично.