Книга Звездная пыльца, страница 86 – Надежда Паршуткина

— Я не знаю, — выдохнула я, опуская глаза. — Наверное… наверное, вам правда будет лучше улететь. Вернуться во Флот. А я… я как-нибудь…

Я не договорила. Комок в горле душил, не давая говорить. Внутри всё перевернулось от боли — такой острой, такой невыносимой, что захотелось закричать.

— Мы не можем улететь без тебя, Хлоя, — твёрдо сказал Алик. В его голосе не было вопроса — только утверждение.

— Мы не давим, — Мэтт подался вперёд, его глаза горели. — Но… чёрт, Хлоя. Мы будем ждать. Сколько потребуется. День, неделю, год. Пока ты не определишься и не выберешь.

— Выберу? — переспросила я, поднимая глаза.

— Да, — кивнул Мэтт. — Одного из нас. Или… двоих.

— Двоих? — я почувствовала, как сердце пропустило удар. — Но это же… это неправильно. Так не бывает.

— Помнишь Астру? — спросил Алик. — Девушку с разноцветными волосами, связную Койна?

Я кивнула, вспоминая её яркую улыбку и необычные пряди.

— Так вот, — продолжил Алик, — те два эльфа, Лэрман и Арадион, и сам Коин — они все её истинные. У них связка, где она одна на троих. И это нормально, Хлоя. Так бывает. В мире, как оказалось, бывает всё.

— Но… правильно ли это? — прошептала я.

— Кто сказал, что это неправильно? — Мэтт усмехнулся — не зло, а скорее грустно. — Тот, кто никогда не был в связке на троих? И всего лишь. Хлоя, нет неправильных решений. Есть только те, которые мы принимаем. Или не принимаем. Но мы примем любое твоё решение. Любое. Только… не прогоняй нас. Пожалуйста.

— Я не знаю, — призналась я, опуская глаза. Слёзы текли по щекам, и я не могла их остановить. — Я правда не знаю.

Я почувствовала движение с двух сторон. Мэтт подошёл справа, Алик — слева. Они обняли меня одновременно, прижали к себе, и я оказалась зажата между двумя сильными, тёплыми телами. Их головы склонились к моим волосам, и я чувствовала их дыхание на своей макушке.

— Я люблю тебя, Хлоя, — прошептали они в унисон. Один голос, два сердца.

Мурашки пробежали по всему телу — от макушки до кончиков пальцев. Я закрыла глаза, вдыхая их запах — разный, но такой родной. Алик пах морем и чем-то пряным, Мэтт — ветром и кофе. Они были разными, но оба были моими.

— Это неправильно — любить сразу двоих, — прошептала я, и почувствовала, как их тела напряглись.

— Давай попробуем, — тихо сказал Алик. Его голос был мягким, но в нём чувствовалась такая сила, такая уверенность, что у меня перехватило дыхание.

— Пожалуйста, — добавил Мэтт, и в этом слове было столько мольбы, столько надежды, что моё сердце разорвалось на части.

Я не могла говорить. Только кивнула — едва заметно, но они поняли.

Алик повернул меня к себе. Его глаза смотрели на меня так, будто я была самым ценным сокровищем во вселенной. Он наклонился и поцеловал меня. Медленно, бережно, с таким трепетом, что у меня подкосились колени. Его губы были мягкими, тёплыми, и я растворилась в этом поцелуе, забыв обо всём на свете.

Потом он отстранился, и Мэтт тут же занял его место. Его поцелуй был другим — жарким, страстным, требовательным. Он пил меня, как воду в пустыне, и я отвечала ему тем же, чувствуя, как внутри разгорается огонь.

— Пойдём, — прошептал Алик, беря меня за руку.

Мы переместились в спальню — большую, с огромной кроватью, которая, кажется, была тут специально для таких моментов. Я не спрашивала, чья это комната. Это было неважно.