Книга Сквозь его безумие, страница 4 – Татьяна Берест

И вдруг — что-то меняется.

Не звук.

Не свет.

Ощущение.

Как будто кто-то смотрит.

Прямо в спину.

Я замираю.

Медленно оборачиваюсь

Никого.

Только стволы деревьев, тени, редкие отблески огня, которые не дотягиваются сюда.

— Показалось... - шепчу себе.

Но тело не верит.

Кожа стягивается, как перед холодом.

Я делаю шаг назад — к костру, к голосам.

И в этот момент...

что-то внутри словно щёлкает.

Тишина становится густой.

Слишком густой.

Музыка глохнет.

Голоса — уходят куда-то далеко, будто их выключили. Я хочу повернуться.

Не получается.

Руки тяжелеют.

Дыхание замедляется.

Странно... спокойно.

Неправильно спокойно.

Как будто меня мягко, почти ласково, укутывают в чужую волю.

— Иди ко мне... - голос.

Тихий.

Глубокий.

Не рядом.

Внутри.

Я не думаю — я иду.

Шаг.

Ещё.

Ветки под ногами трещат, но я их почти не слышу.

Деревья ближе. Темнота плотнее.

И вдруг — резко.

Пустота.

Как провал.

Сознание будто обрывается, но тело остаётся.

Чужие руки.

Сильные.

Холодные.

Слишком.

Меня разворачивают.

Спиной — к дереву.

Шершавая кора впивается в кожу даже через одежду.

Дыхание сбивается.

И снова — как тогда.

Только хуже.

Потому что это не сон.

Я пытаюсь сказать что-то.

Не выходит.

Губы не слушаются. Голос где-то далеко.

— ММ... - тихий, почти ленивый звук рядом с ухом. — Живая.

Холодное дыхание касается шеи.

Лёд.

Не человек.

Точно не человек.

Мир плывёт. Картинка рвётся на куски. Я вижу — и не вижу одновременно.

Лицо.

Слишком бледное.

Глаза... тёмные. Глубокие. Как будто в них нет дна.

И в них — интерес.

Хищный.

Спокойный.

Как у того, кто уже решил.

Думаю... - его пальцы скользят по моему запястью, медленно, будто изучают. — Убить тебя сразу...

Голос низкий. Тягучий.

Каждое слово будто обволакивает.

Держит.

Не отпускает.

Я дёргаюсь.

Пытаюсь.

Тело не подчиняется.

Только сердце бьётся — быстро, громко, отчаянно.

или сначала поиграть, — почти шёпотом.

И в этом шёпоте — холоднее, чем в ночном воздухе.

Голоса от костра где-то есть.

Я их слышу.

Но они далеко.

Слишком далеко.

Как будто между нами — километры, а не десяток шагов

— С-слыш... - пытаюсь сказать.

Ничего.

Только слабый выдох.

Он наклоняется ближе. Я чувствую, как его пальцы чуть сильнее сжимаются.

Не больно.

Пока.

— Тише, — мягко. Почти ласково. — Не порть момент.

Накатывает сразу всё — страх, злость, паника — как волна, которая поднимается изнутри и захлёстывает с головой. Я пытаюсь вдохнуть глубже, сказать хоть что-то, но горло будто сжимается, язык не слушается. Тело тяжёлое, чужое, не откликается.

Его рука вжимает меня в дерево. Жёстко, без колебаний. Пальцы на плече сжимаются так, что боль простреливает вниз по руке.

Вторая — на талии, резко тянет к себе, не оставляя даже воздуха между нами.

Я дёргаюсь, пытаюсь вывернуться, но только чувствую, как хватка становится крепче.

Меня будто фиксируют на месте, как вещь.

Я поднимаю взгляд — и замираю.

Его лицо слишком близко.

Губы раздвигаются, и я вижу зубы.

Слишком острые. Слишком длинные.

Клыки.

Настоящие.

Они не просто выделяются — они чужие. Неправильные. В этом оскале нет ничего живого, только холод и что-то хищное, голодное.

— H-He... - вырывается у меня, но звук ломается.

Он уже не смотрит на меня.

Только на шею.

И в следующую секунду — болЬ.

Резкая, вспарывающая.