Книга Бывшие. Дядя доктор, спаси мою маму, страница 4 – Лия Малинина

— Петрович, — обратился к дежурному реаниматологу, когда вышел из палаты Арины, — будь другом, сообщи, когда моя жена придет в себя.

— Не понял, — Трифонов озадаченно глянул на меня, стянув с большого носа очки в роговой оправе.

— Долгая история, — проговорил я и почесал затылок, — сам пока ничего толком не понимаю.

Перекинувшись с коллегой парой слов и получив обещание непременно позвонить, когда Арина очнется, я зашел в ординаторскую, где на диване посапывала моя дочь.

Поправил сбившийся в ноги плед, поднял упавшего на пол грязного медведя и устроился на другом краю дивана. Откинулся на спинку и прикрыл глаза.

Тяжелый день в физическом и эмоциональном плане высосал из меня все ресурсы. Раненая нога ныла, мышцы бедра скручивала судорога. Но я не обращал на дискомфорт никакого внимания.

Для меня сейчас на первом месте были мои девочки, так неожиданно появившиеся в моей жизни, и которых я больше никогда не отпущу, в этом я был абсолютно уверен.

Диана резко завозилась, начала во сне крутиться и громко всхлипывать. Похоже, малышке приснился кошмар.

Я аккуратно взял ее на руки, поплотнее завернул в плед и стал укачивать.

— Это сон, доченька, — шептал ей на ухо, — спи, моя хорошая, все будет хорошо.

Малышка открыла сонные глазки, глянула на меня, слегка улыбнулась и вновь заснула, крепко сжав ладошкой рубашку моего хирургического костюма.

Так и сидел с ней на руках, укачивая и даря малышке свое тепло, пока меня не сморил сон, в котором была она, моя Арина…

Константин

Мы познакомились в начале сентября на канале Грибоедова в Питере. Столкнулись на Банковском мосту, который все называют просто — Грифонов мост.

Я тогда поступил на первый курс ординатуры в военно-медицинской академии, на хирургию, и после практики мы с друзьями отправились гулять по солнечному осеннему Питеру, пока его небо не заволокли свинцовые тучи и с каналов не повеяло сыростью и холодом.

Нас было трое. С первого курса: я, Леха Кузьмин и Стас Круглов. Мы с Лехой были из семей потомственных военных, и осознанно решили посвятить свою жизнь родине, а Стас недавно осознал, что медицина — это не то, чем он хочет заниматься в жизни и, получив диплом, ушел в в кампанию отца, которая занималась поставками медицинского оборудования.

Мы в то время, конечно, были красавчиками, что ни говори. Высокие, спортивные, молодые и веселые.

Проходя по мосту заметили троих девчонок, которые фотографировались у Грифонов, протягивая руки к их позолоченным крыльям.

Леха, как самый главный балагур в нашей компании, остановился возле них и с важным видом стал декламировать стихи:

Давай с тобой, на Банковском мосту,

Возьмёмся за ажурные перила.

Пускай грифоны крыльями взмахнут,

Потянут вверх с чудовищною силой.

Читал стихи, а сам глаз не сводил с рыженькой пышечки в ярко зеленом шерстяном платье, которую звали Аллой.

А мой взгляд приклеился к хрупкой девушке с пшеничными волосами. Арине. Она почему-то показалась мне очень серьезной и какой-то грустной.

Ее подружки улыбались, глядя на Леху, а она хмурила брови и сжимала в руках большой черный тубус.

Как-то незаметно мы разговорились и решили прогуляться вместе. Все быстро разбились на пары, тротуары на канале узкие, больше двух не пройдешь.

Весело болтая дошли до Спаса на Крови.