Книга Стать куртизанкой, страница 122 – Элизабет Бойл

Очевидно, ей каким-то образом удалось отказаться от своего желания, не прибегая к помощи Куинс. От недавней жизни не осталось ничего, кроме скромного колечка, словно приросшего к пальцу.

Шарлотта прижала к лицу подушку, чтобы заглушить душераздирающие рыдания, зародившиеся в ее разбитом сердце.

— Себастьян. О, Себастьян, что я буду без тебя делать?

— Вернете его обратно. Вот что вы сделаете, – раздался знакомый голос.

Убрав с лица подушку, Шарлотта огляделась.

— Куинс! – воскликнула она, вскочив с постели, но тут же осознав, что стоит перед старушкой совершенно голая.

Улыбнувшись, Куинс кинула Шарлотте ее старую ночную сорочку. Накинув на себя строгое, благопристойное платье из муслина, Шарлотта вздохнула, ощутив впившийся в шею высокий воротник. В этом наряде не было ничего женственного. Ни одной ленты или вышивки, способной сделать платье чуть более привлекательным.

— Ну-ну, – произнесла Куинс. – Еще не все потеряно.

— Как раз потеряно. Я его отпустила. – Шарлотта закрыла глаза. – Мне пришлось, – с трудом вымолвила она, прежде чем расплакаться.

— Знаю, моя дорогая, знаю, – успокаивающе заворковала Куинс, подходя к кровати и присаживаясь на краешек рядом с Шарлоттой. – Но говорю вам: не все потеряно.

— Как вы можете так говорить? – пробормотала Шарлотта в перерывах между всхлипываниями. – Я больше не она.

— Не кто? – спросила Куинс, протягивая девушке все тот же старенький носовой платок, что и прежде.

— Не Лотти. – Шарлотта судорожно вздохнула и высморкалась в заботливо поданный платок. – Теперь я просто Шарлотта.

Куинс рассмеялась. Ее веселый смех, казалось, искрился, точно солнечные лучи.

— Глупышка, – произнесла она. – Конечно же, вы по-прежнему она. А кто же еще?

Шарлотта указала на мрачное платье и спутанные волосы.

— Посмотрите на меня. Я выгляжу как куртизанка?

Куинс сморщила нос.

— Не в этом убогом наряде. Гораздо важнее то, что находится под муслином. Изгибы вашего тела остались прежними, как и грация, сделавшая Лотти Таунсенд лондонской знаменитостью.

Шарлотта фыркнула. Совсем как Финни в тот раз, когда она заявила, что одно из платьев Лотти выглядит неприлично.

— Ага! – торжествующе воскликнула Куинс, указывая на Шарлотту пальцем. – Вижу, время, проведенное в образе Лотти, не прошло даром.

Шарлотта на мгновение замерла, хватаясь за призрачную надежду, но потом осознала всю безвыходность ситуации.

— Слишком поздно. Себастьян уже наверняка сделал предложение мисс Берк.

Однако старушка покачала головой.

— Вовсе нет. Все осталось ровно так, как в тот день, когда ваша жизнь изменилась. О, черт бы побрал эти календари, – пробормотала Куинс, загибая пальцы. – Десятого числа.

— День, когда я загадала желание, – произнесла Шарлотта.

— Верно, – кивнула Куинс. – Все осталось таким, как в тот день. Ничего не изменилось. – Она на мгновение замолчала. – Кроме вас и некоторых воспоминаний, все еще сохранившихся у других людей.

По спине Шарлотты пробежал странный холодок. Она помнила все. До мельчайших подробностей.

— Думаете, он помнит?

— Возможно. Если ему помочь вспомнить, – тихо ответила Куинс. – Но не так, как вы. Его воспоминания скорее похожи на расплывчатые мысли и смутные образы.

Шарлотта кивнула. Если он смог влюбиться в нее один раз, то, возможно…