Книга Клинок трех царств, страница 201 – Елизавета Дворецкая

— Альва позови, – велел Мистина. – Побудешь пока у меня, – обратился он к Хельмо. – Ваши о тебе тревожиться не станут, я им передам, что ты у меня в гостях задержался.

Вошел Альв, вопросительно взглянул на господина.

— Репку – в ямку. – Мистина сделал знак в сторону Хельмо. – Пусть пока зреет.

— Где Куно? – с тревогой спросил тот, вставая. – Если ты будешь садить меня с ним, он меня убьет!

— Хорошо, посидишь отдельно, – смиловался Мистина, мельком вспомнив рассказ о яме в лесу, где осталось тело Куно. – Если договоримся, так и вовсе полегчает. А пока иди подумай в тишине.

Альв увел Хельмо, а Мистина коротко кивнул Торлейву: что?

— У нее в девичьей меча нет. Говорит, скажет тебе.

— Давай ее сюда.

Выйдя из девичьей, Витляна увидела Хельмо, которого двое хирдманов вели через двор. Прижавшись к столбу, подождала, пока он скроется за погребом, не обернувшись. Вот и ее саму втянул поток событий, далекий от обычных девичьих забав. Жизнь и смерть людей, слава или бесчестье рода, победы или неудачи князя Святослава и всей земли Русской – все это вдруг оказалось в ее руках. И она знает, как всем этим распорядиться.

* * *

До самого полудня Правена просидела в лесу. Она ясно помнила, что Витляна обещала вернуться за… за этим свертком, что спрятан в палой листве у корней громобоя, и твердо намерена была ее дождаться. Немало времени прошло, прежде чем Правена поверила, что все это ей не снится. Ей мог присниться ночной поход по следам Витляны и ее неизвестного спутника, но ведь Хилоусов меч она нашла и рассмотрела уже при ясном свете утра! Ранее Правене, конечно, не выпадало случая его увидеть, но у княгини Эльги золотые ножны с изображением Хилоусовых подвигов видели многие, и по рассказам эта красота была известна всему Киеву.

Правена не могла и вообразить, как сокровище попало в лес близ Лыбеди и почему кто-то показал это место Витляне. Видимо, хотел отдать ей, но она не взяла сразу, а собиралась вернуться утром. Но вот утро пришло, а она не вернулась. Никто не приходил. С рассветом кияне потянулись по домам, и теперь в Кловском бору было тихо и пусто.

Правена устроилась за березами, так, чтобы идущий к дереву не мог ее увидеть, но ей громобой был виден с нужной стороны. Зачем я здесь сижу, не раз спросила себя Правена. Она ждала Витляну, сама не зная зачем. Убедиться, что с посестримой все хорошо. Предложить помощь. Какие бы дела ни связывали ту с Хилоусовым мечом, одной девушке, пусть даже такой высокородной и умной, они не по плечу. Может, Витляна расскажет ей, в чем дело. Может, нет, но она должна знать, что Правена готова ей помочь!

Благоразумие шептало: беги отсюда. Из-за этого меча уже погиб отец Ставракий, человек куда значительнее тебя. Его не пожалели, тебя и вовсе прихлопнут, как мошку. И родичи знать не будут, где искать. К благоразумию и голод присоединял свой пронзительный голосок. Однажды Правена послушалась их – встала и пошла по тропе. На берегу Клова наткнулась на остатки чьего-то ночного пиршества: у потухшего костра лежали печеные яйца в сетчатой от трещин мятой скорлупе, надкусанный пирожок и целая лепешка, слегка испачканная в золе. Поколебавшись, она забрала лепешку, два яйца и ушла обратно к громобою: с таким запасом полдня можно прожить.