Книга Змей на лезвии, страница 262 – Елизавета Дворецкая

С возвращением Бера споры закипели с новой силой. Присутствие Эскиля ему немало помогло: с тем было всего полтора десятка человек, но Эскиль держал в руках волок на Мерянскую реку, а к тому же состоял в близком родстве с владыками Силверволла и Озерного Дома. Желая и дальше иметь прибыльную торговлю с Булгаром и через него с Хорезмом, словенская и русская знать была вынуждена с ними ладить.

Уже на другой день все как-то проведали, что Бер обручен с дочерью Эскиля; девушка уже приехала, и со дня на день ждали объявления о свадьбе – только ради смерти Сванхейд требовалось, мол, выждать приличное время. Невесть какими путями через несколько дней уже все бабы Поозерья толковали на супредках, что, мол, Свандра сама и сосватала внуку эту деву, да предвидела этот брак, еще пока невеста даже на свет не родилась, и та, мол, перед смертью успела ей свой знак в руку вложить и благословение получить. «Ты уже, считай, женат!» – хрипел вполголоса Алдан, хлопая Бера по плечу. Бер только махал рукой в ответ. Он был рад увидеть Вефрид, он знал, что после смерти Сванхейд должен как можно скорее возместить урон, причиненный роду норнами, и что сама Сванхейд горячо одобрила бы его женитьбу хоть на другой день после ее погребения. Но его обет никакой женитьбы не дозволял. Бер не знал, что делать. Отказаться от брака значило бы оскорбить Эскиля и разбить сердце Вефрид, да он и сам не хотел ее потерять. Но устроить свадьбу сейчас означало бы разгневать Одина и поставить под угрозу все счастье будущей семьи.

— Сперва разберись с наследством, – посоветовал ему Ингвар ладожский – рослый, сильный, красивый мужчина чуть моложе сорока, с густыми светлыми волосами и такой же бородой. – Закончи с делами мертвых, потом придет черед живых.

Наследство Сванхейд состояло из двух частей. Сам Хольмгард и его владения принадлежали маленькому Владимиру и управлялись его родителями. Но имелось еще личное имущество Сванхейд: все конунгово хозяйство, стада крупного и мелкого скота, табуны лошадей, лодьи, множество разной утвари, в том числе серебряной, медной и бронзовой, привезенной из похода на сарацин и купленной в Миклагарде. Многочисленная челядь. Запасы товаров и жита. Ларцы серебра и мешочки золота, лари с дорогими мехами и шелковыми одеяниями. Из детей Сванхейд сейчас были в живых двое: Тородд, отец Бера, и Альдис. Альдис уже получила свою долю, когда выходила за Судимера, и ей Сванхейд оставила кое-что из одежд и украшений на память. Все основное имущество переходило к Тородду, жившему в Смолянске. Он еще не знал о смерти матери: бурлящий совет не успел сговориться о двух посольствах в разных направлениях. Но уже устанавливался санный путь, и хотя Волхов еще не встал – приметы говорили, что в эту зиму он и вовсе не встанет, – пора было снаряжаться в путь для подтверждения «мира» с Анундом. В прежнем договоре, установленном между Ингваром и Эйриком двадцать лет назад, можно было ничего не менять, но эту неизменность требовалось заново подкрепить клятвами от имени малолетнего князя. Договор предлагался Анунду на срок в пятнадцать лет – пока новый князь не достигнет семнадцати и не повзрослеет настолько, чтобы самому решать свои дела. После споров выбрали пятерых уважаемых мужей из числа словен и русов, но сам Бер собрался ехать в другую сторону – в Смолянск, к отцу.