Книга Ходила младёшенька по борочку, страница 72 – Вера Мосова

Им открыла Матрёна и, сказав, что хозяева в саду, проводила их туда.

— Васенька, ты уже встал с постели! Разве доктор тебе разрешил? – с ходу начала Анфиса.

— Разрешил, маменька, разрешил! На свежем-то воздухе оно получше, – улыбнулся Василий на материны причитания.

Он сидел на скамье, обняв Лизавету, а Филя скакал по лужайке на деревянной лошадке.

— Ой, кто к нам пожаловал! – поприветствовал он племянниц.– Никак беглянка наша сыскалась?!

— Я не беглянка! Я жертва! – нарочито бойко ответила Любаша, разглядывая его лицо, всё в синяках и ссадинах, совсем как у неё недавно. Как же ему больно-то было, бедному!

— Все б такие жертвы были! Знаю я тебя! Ты от кого угодно отобьёшься! – потешался Василий.

Лизавета отправилась в дом, чтоб распорядиться насчёт чая, Анфиса пошла следом за ней, чтоб выложить из корзины принесённые гостинцы, Ася принялась бегать с Филей по лужайке, а Любаша осталась вдвоём с Василком:

— Садись, красавица! – похлопал он по скамейке рядом с собой. – Занимай Лизанькино место!

Любаша усмехнулась:

— Я-то займу, только жена твоя не обидится ли?

— Не-а, она не жадная! – дурачился Василко.

— Кто это тебя так? – перевела разговор Любаша. – Не нашли разбойника?

— Ищут, – посерьёзнел Василий. – Только кто ж его найдёт, если я его даже не видел?!

— Совсем, как я, – задумчиво проговорила Люба, – Правда, я голоса злодеев слышала. Потому и узнала их позже.

— Ну-ка, ну-ка, расскажи мне обо всём! – заинтересовался Василко. – Слыхал я, что ты у нас тоже пострадала.

Люба и поведала ему в двух словах историю своего похищения, и про Николку рассказала, который бросился её спасать, и про второе похищение, и про третье. Не стала только про Чаргэн рассказывать, просто сказала, что спутали её с какой-то цыганкой. Это её история, личная, и отца с матерью. Не хотелось об этом. Ей и самой ещё надо многое осмыслить.

— Вот это да! Попала ты в передрягу, подружка! А Николка-то каков! Поехал начинать новую жизнь в Тагильском заводе, а сам уже в Екатеринбурге! За тобой, значит, помчался! Уж не влюбился ли он в тебя, часом?

Любаша пожала плечами. Не только влюбился, а ещё и замуж звал! И она даже вроде как слово ему дала, только вот говорить об этом Василке или не стоит?

Но тут в саду появилась Анфиса, и Любаша ничего не сказала про Николая.

Вскоре Матрёна вынесла самовар, и все уселись пить чай. Время пролетело незаметно, уже на закате возвращались домой. Ася опять всю дорогу щебетала, а Любаша вспоминала свой разговор с Василием. Похоже, ему не понравилось, что Николай спасать её бросился. Он хоть и улыбался, говоря об этом, но во взгляде промелькнуло что-то такое, что весьма удивило Любашу. Ещё её удивила Лизавета. Она стала какая-то молчаливая, задумчивая. Уставит взгляд в одну точку и долго сидит так. Люба решила спросить у бабушки, давно ли с ней такое.

— И ты заметила? – удивилась Анфиса. – А я уж думала, мне, старой, показалось. Раньше она такой не была. Не нравится мне это.

И бабушка замолчала в задумчивости.

Возле дома Любашу поджидал Гришка Титов. Вот только этого ей не хватало! Как же он ей надоел! Он и прежде-то ей не нравился, а теперь, после всех её приключений, и вовсе казался каким-то постным.

— Здравствуй, Любаша! – поспешил он навстречу, с восхищением разглядывая её.