Книга Путь служанки, страница 218 – Чжоу Мо

Инло стояла к ней спиной и старательно возилась с цветами:

— Ваша беременность сейчас самое серьезное и важное в этом дворце, все остальное – пустяки.

Императрица смотрела на нее несколько секунд и, улыбнувшись, спросила:

— Инло, кое-кто посоветовал мне предложить тебя его величеству. Ты бы согласилась?

Вэй Инло замерла, прекратив возню с цветами. Она повернулась и посмотрела на Эрцин, взгляд ее был настолько суровым, что у той все внутри похолодело. Но показать она этого не могла, только отвела глаза.

— Ваше величество. – Вэй Инло посмотрела на императрицу и опустилась перед ней на колени. – Я не согласна.

— Почему же? – Императрица поудобнее расположилась на подушке и опустила руки на свой едва выпирающий живот. – Ты всегда была гордой и честолюбивой. Как станешь императорской наложницей, никто больше не посмеет унижать и обижать тебя.

Эрцин решила вмешаться, поддакивая императрице:

— Инло, это большая милость ее величества! Не каждая такого удостаивается. Подумай хорошенько, прежде чем отказываться. Когда станешь наложницей, к тебе будут относиться совершенно по-другому.

Если бы Инло согласилась, если бы хоть на мгновение поколебалась, этого было бы достаточно, чтобы заронить зерна сомнений в ее душе. Эрцин бы день за днем напоминала ей об этой возможности, помогая взращивать жуткие семена, которые рано или поздно стали бы концом для Вэй Инло.

Девушка окинула ее взглядом и отрезала:

— Благодарю Эрцин за доброту, но принять подобное не осмелюсь.

Эрцин изменилась в лице, когда поняла, что та разгадала ее замысел. Решив не сдаваться, она усилила нажим:

— Разве ты не предана ее величеству? Сейчас госпожа в положении и не может служить государю в постели. Если ты будешь заботиться о нем в это время, разве не будет это лучшим проявлением твоей верности госпоже?

Вэй Инло лишь покачала головой и призналась императрице:

— Госпожа, ваша доброта ко мне безгранична. Даже если меня на кусочки порвут, я никогда не смогу вам отплатить за нее. Но если я стану императорской наложницей и смогу добиться любви государя, то как же я докажу вам свою преданность? А если я заполучу его любовь, рожу ребенка, то мной могут овладеть корыстные желания. Разве моя преданность вам останется по-прежнему искренней? Но это все очевидные причины, а вот личные…

Она замолчала, посмотрев на императрицу с безграничным обожанием. Ее намерения были настолько чисты, что могли соперничать с прозрачностью блестящих капель росы на листьях орхидей.

— Возможно, я переступаю границы дозволенного, ваше величество, но в душе я считаю вас не только госпожой, но и наставницей, и даже родной сестрой, – с нежностью проговорила Вэй Инло. – Я клянусь вам в вечной верности. Государь – ваш муж, самый важный для вас человек. Пусть даже каждая женщина под этим небом станет его наложницей, я никогда не соглашусь… я скорее умру, чем предам вас!

Императрица молча смотрела на нее.

Ее жизнь до замужества прошла без забот, но она была из знатного рода, поэтому проявления чувств в семье было скудными. Ни о какой нежной привязанности между братьями и сестрами не было речи. Даже Хунли никогда не мог дать ей такого.

Супруг высоко ценил ее, но у нее бы никогда не получилось стать для него важнее всего на свете. А для Инло она была единственной госпожой, наставницей и единственной… сестрой.