Книга Путь служанки, страница 173 – Чжоу Мо

Причем знакомый ей мужчина.

В комнате стало тихо.

Инло по-прежнему лежала, закрыв глаза. Ей стало намного легче, но теперь она терзалась совсем другими мыслями. Инло не знала, стоит ли ей сейчас открывать глаза.

А еще она боялась, что он, как всегда, сбежит.

И вдруг на ее ресницы опустился нежный поцелуй, легкий и едва ощутимый.

Инло держалась как могла, стараясь не допустить, чтобы дрожь в ее сердце не перешла на ресницы.

Дверь тихонько затворилась, и девушка позволила себе открыть глаза. Она поднесла руку к своим поцелованным ресницам.

«А болеть,– размышляла она в темноте, и уголки ее губ невольно приподнялись в улыбке, – не так уж и плохо».

Болезни обрушиваются мощным потоком, а исцеление тянется тонким ручейком. Инло десять дней терпела пытку отваром Е Тяньши.

В комнатах стражников Фухэн изучал военный трактат, как вдруг кто-то приблизился к нему со спины и закрыл ладонями ему глаза.

— Инло, зачем ты здесь? Твоя болезнь прошла?

— Как ты догадался? – спросила она, опуская руки. После болезни она немного похудела, талия стала заметно тоньше. – Один господин-улитка^[101] помогал мне, благодаря чему я поправилась куда быстрее. Он каждый день мне платок менял на лбу, да еще и руки водой холодной обтирал.

— Кхэ! – наигранно кашлянул Фухэн, едва услышав про улитку. – И кто же это?

Инло решила не отставать и сделалась крайне удивленной:

— А разве не ты?

Юноша покачал головой.

— Ох! И как же быть? – досадовала Инло, прикусывая своими белоснежными зубками алые губы и оставляя на них светлые отметины. – А я-то думала, что это ты, вот и позволила касаться там, где ни одному другому мужчине не позволено…

Фухэн ошеломленно уставился на нее.

— Ну, раз это не ты, то я пошла, – тихонько вздохнула Инло и развернулась, намереваясь уйти.

— Постой! – не выдержал Фухэн, он подскочил и взял ее за руку.

— Ты что-то еще хотел сказать? – спросила она, не глядя на него.

— Я… – растерялся Фухэн.

Стоило ли вообще лгать, если сейчас решил пойти на попятную?

— Фухэн! – раздался из-за дверей громкий голос Хайланьча. – Десять дней вместо тебя в карауле, я сейчас упаду…

В проеме двери застыл Хайланьча. Взгляд его метнулся от юноши к девушке и обратно, и он ехидно заулыбался:

— Ой, а я вам помешал, да? Все-все, ухожу. Не стесняйтесь, продолжайте…

— Десять дней? – переспросила Инло. Девушка резко повернулась к Фухэну и ударила его кулаком по груди. Щеки ее стали такого же алого цвета, как и губы, – не столько от гнева, сколько от смущения. – Еще и врать вздумал! – процедила она сквозь зубы.

Она выскочила из комнаты, а Фухэн смотрел ей вслед. Ему казалось, что это он заболел. То место, куда она ударила, слегка зудело и размякло, будто он лежал в теплой ванне или плавал среди моря цветов.

— Я правда не нарочно, – попытался оправдаться Хайланьча. Он решил, что спугнул Инло, и попытался исправить ситуацию. – Хочешь, я тебя еще раз подменю?

Фухэн стукнул товарища кулаком в грудь. В отличие от Инло, он бил в полную силу, едва не выбив дух из товарища.

— Обойдусь! – улыбнулся Фухэн. – Трепло!

На сердце у него словно распустились цветы, превращаясь в буйный цветущий сад, а вот у кое-кого другого дела обстояли вовсе не так замечательно…

— Что?

В павильоне Янсинь на пол полетела еще одна чайная чашка.