Книга Хозяйка дворца, страница 82 – Чжоу Мо

— Ваше величество, младшей супруги Лин здесь нет.

В лицо ему полетела кисть.

— Ступай прочь.

— Конечно, слушаюсь! – Главный евнух, почтительно склонившись, отступил к дверям и сделал знак младшему евнуху. Тот кивнул и направился к императору с лотосовым супом.

Субтильный юноша был одет в куртку с узкими рукавами и парадные сапоги. Хунли он показался незнакомым. Решив, что Ли Юй нанял нового ученика, он бросил сурово:

— Оставь суп и тоже уходи.

— Слушаюсь, – высоким голосом ответил младший евнух и поставил суп на стол, но руку не убрал, а погладил пальцы императора. Пораженный, тот был готов снова разгневаться, но, сорвав с евнуха шляпу, с изумлением выдохнул:

— Вэй Инло!

Блестящая черная коса свисала с ее плеча, пока молодая женщина, склонив голову, смотрела на него, прекрасная в своем молчании.

— Кто тебя сюда впустил? Ли Юй! Ли Юй!

Ее палец легко коснулся его губ.

— Ваше величество, я по вам скучала.

Словно тигр на цепи или воздушный змей, крепко привязанный веревкой, прежде взбешенный Хунли вдруг присмирел. Он пристально смотрел на нее.

— А вы? – Вэй Инло погладила его губы легко и щекотно. – Ваше императорское величество ни капельки не соскучилось по своей супруге?

Он схватил ее пальцы и сказал с упреком:

— Проклятый Ли Юй! Ладно еще он пустил тебя сюда, но в подобном наряде!.. Это просто неприлично!

Как ни возмущался он на словах, но руки выдали его: они вмиг обхватили Вэй Инло за талию и усадили себе на колени.

Хрупкая фигурка казалась детской, и ее руки были такими же шаловливыми, как у ребенка. Крошечная ножка уперлась в подъем его стопы сзади, и обиженный голос с легким вздохом произнес:

— Если бы ваше величество не ревновало так по любому поводу, мне не пришлось бы переодеваться, чтобы к вам пробраться.

— Ты еще смеешь винить меня?! Да это вы с Фухэном… – В этот момент Хунли снова помрачнел, и руки его ослабили захват.

Но Инло вернула его руки себе на талию.

— Как мелочен, оказывается, император: столько лет лелеет старую обиду. Да, императрица и правда хотела выдать меня замуж за господина Фуча.

— Ты!..

— Но ведь вы же сами, ваше величество, отказали ей в этом?

— Я защищал от тебя Фухэна! Никаких личных мотивов!

— А я вот надеялась, что у вас есть личные мотивы, потому что у меня они на ваш счет имеются! – Вэй Инло серьезно на него смотрела. – Может, я не имею для вас никакого значения, но я ваша супруга, а значит, вы мой единственный муж и повелитель!

Без жаровни в комнате было прохладно, но от этих слов в душе мужчины разгорелось пламя. Спустя некоторое время он осторожно взял ее руку и прижал к своему сердцу.

— Довольно об этом. Не говори больше на эту тему, я тоже не стану и другим не разрешу. Тех, кто будет распускать о тебе слухи… я буду казнить без всякого снисхождения!

— Ваше величество… – В глазах Вэй Инло стояли слезы, она тихо всхлипнула и приникла к его груди. Плечи ее едва заметно вздрагивали.

Хунли вздохнул, трепетная любовь сдавила ему сердце: эта женщина была словно шип, который больно вытащить и больно оставить. Со временем этот шип, кажется, намертво врос в его плоть, так что разделить их стало невозможно.

Но в собутыльники луну позвали в добрый час, и в том застолье трое стало нас^[34].

Под той же луной, что освещала пару теней в павильоне Янсинь, Фухэн томился в одиночестве в беседке особняка Фуча.