Книга Хозяйка дворца, страница 163 – Чжоу Мо

— Это связано с вдовствующей императрицей, – сказал евнух. – В компании супруги Лин она поселилась в резиденции Юаньмин. Император уже несколько раз туда наведывался, но никого не застал. Госпожа, не может ли быть такого, что его величество…

— Чего нам бояться? – холодно усмехнулась Сянь. – То письмо написала госпожа Вэньшу, сохранила вдовствующая супруга Юй, а нашел великий князь Хэ. Разве я имею к этому какое-то отношение?

— Госпожа, боюсь, если мы не изведем сорную траву под корень, нас ждет большая беда.

Императрица нахмурилась и посмотрела на него через зеркало.

— Почему у меня такое чувство, что ты ненавидишь супругу Лин даже больше, чем я?

Чуньван только улыбнулся в ответ.

Улыбка эта была прекрасной, как весенний цветок, от одного взгляда на который замирает сердце.

Ну что за женщина эта Вэй Инло – как она могла рассориться с обладателем такой очаровательной улыбки и столь недюжинных способностей? Супруга императора коснулась своего пучка – даже в женских прическах Чуньван не знал себе равных: когда ее волосами занимался он, женщина выглядела на несколько лет моложе.

— Узнав о том, что вдовствующая императрица уехала в резиденцию Юаньмин для лечения, император отправил туда немало слуг для охраны. Не навлечем ли мы на себя беду, если начнем действовать сейчас, когда к ней приковано так много внимания? – с улыбкой поинтересовалась императрица-преемница. – К тому же я теперь крепко утвердилась на своих позициях. Супруга Лин может сколько угодно вертеться возле старой лисы, но императорскую милость ей больше не завоевать. Если однажды она вернется во дворец, то обнаружит, что в Запретном городе теперь новые порядки!

Цветущей весной, в летнюю пору сбора лотосов, в осенний листопад или заснеженную зиму – жизнь в резиденции Юаньмин всегда была привольнее и радостнее, чем в Запретном городе.

Вдали от интриг гарема и императорского дворца Вэй Инло стала жить как героиня «Сна в красном тереме»: она упражнялась в письме «Похорон цветов»^[59], отрешившись от земных забот.

И только в конце каждого месяца вдовствующая императрица заставляла ее писать письма Хунли, весточки домой, которые должны были вернуть его сердце.

Поначалу Инло неохотно их писала, а Хунли так же неохотно на них отвечал. За первые три-четыре месяца он кое-как выдавил из себя пару слов только ради вдовствующей императрицы.

Но молодая женщина продолжала писать без устали, рассказывая о чудесных пионах, что распустились в Юаньмин, об одолевшей вдовствующую императрицу сонливости и прочих мелочах – да так, что в итоге получалось несколько длинных страниц.

А он продолжал отвечать, сначала немногословно, но раз за разом, и его письма становились длиннее. Вэй Инло радовалась каждому его слову, потом, опамятовавшись, злилась на свои чувства и клялась больше не страдать глупостями. Но вскорости снова открывала очередное письмо.

Вэй Инло посмотрела на слова, которые невольно добавила в письмо, вздохнула и скомкала бумагу.

= В Запретном городе =