Книга Кровавая заутреня, страница 43 – Нина Левина

— Действительно, — усмехнулся Алексей, — тут ваша правда.

— Вот! А у вас, насколько я знаю, даже ни разу животы не заболели! — торжествующим тоном закончила корчмарка, развернулась и направилась за стойку, высоко подняв голову.

— И не поспоришь, — задумчиво произнёс Тушнев, — только слишком всё наиграно, неискренне…

— Да ладно тебе, — буркнул старший Авинов. — Она ж не виновата, что Тормасов проиграл бой. Что теперь, в каждом поляке врага видеть?

— В каждом не в каждом, но осторожность не помешает. Я бы на месте Игельстрома отнёсся к поражению со всей серьёзностью и гарнизон бы привёл в повышенную боевую готовность.

— Вот поэтому давайте ужинать, пока наш генерал-аншеф не услышал мнение корнета Тушнева и не заставил нас ходить целыми днями на плацу, а оставшееся время проводить в караулах, — предложил Александр и все принялись за еду, тем более Чеслав уже принёс кружки, наполненные пивом, обжаренный сыр и тарелки для горячего пирога.

Корчма потихоньку заполнялась. Среди посетителей было много поляков, но все вели себя дружелюбно, здоровались, заметив знакомые лица, кто-то даже выкрикнул тост за здравие короля, который все поддержали, поэтому инцидент с оскорбительным листочком быстро забылся. Приятели раскраснелись от сытной еды и расслабились. Авиновы снова веселили рассказами о своих похождениях, но над Алексеем не подшучивали, зная, что у него всё серьёзно. Тем временем королевские гвардейцы закончили ужин, расплатились с Чеславом и направились к выходу. Один из них замешкался и немного отстал. Догоняя товарищей, он проходил совсем близко от Алексея и вдруг уронил перчатку, наклонился за ней и прошипел:

— То совсем не ерунда. Она клами…

— Что? — не понял Алексей, но гвардеец как ни в чём не бывало поднялся, даже не взглянув на него, окликнул своих приятелей и поспешил к выходу.

— Странно… — пробормотал капрал, глядя ему вслед.

— Что случилось? — поинтересовался Тушнев. — Он тебя оскорбил?

— Нет. Сказал: «то совсем не ерунда» и что-то типа: «она клами».

— Не ерунда, значит, — Тушнев сразу посерьёзнел.

— А что? Что не ерунда? — Вигель зевнул и потянулся так, что мундир затрещал.

— Всё не ерунда, дружище. Давайте-ка заканчивать и возвращаться в казармы. — Фёдор первым поднялся из-за стола.

— Зачем так спешить? — удивился Авинов старший. — Можно ещё посидеть, заказать чего-нибудь.

— Нельзя! — отрезал Тушнев. — Считайте, что это приказ старшего по званию.

— А мы тебе не… — начал было Александр, но осёкся, наткнувшись на взгляд корнета. — Приказ так приказ, — пробурчал он и принялся одеваться.

— Уже уходите? — к друзьям подоспел Чеслав. — А по рюмочке настойки на дорожку?

— Благодарствуем, Чеслав, но нам пора, — Фёдор Тушнев широко улыбнулся и похлопал корчмаря по плечу. — Всё было очень вкусно, просто великолепно! Матушке от нас кланяйся и передавай спасибо за добрые слова и искреннее дружеское отношение.

Оказавшись на улице, все сначала шли молча, остывая после душного жаркого помещения корчмы на свежем весеннем воздухе. Чувствовался конец марта, когда даже ночи уже не пугают холодом, и каменные дома, прогретые дневным солнцем, медленно отдают тепло.

— А я вот не понял, — проговорил Вигель, первым нарушив молчание, — что это сейчас было?

— Ничего, просто нам пора в казармы, — пожал плечами Тушнев. — Совет у Игельстрома должен бы уже закончиться, могут поступить новые распоряжения.