Книга Кровавая заутреня, страница 124 – Нина Левина

— Стойте, пан! — К Алексею спешил зеленщик. — Я вспомнил!

— Что именно?

— Тот селянин шутил про куриные яйца. Мы тогда ещё смеялись над ним.

— При чём тут куриные яйца? — удивился Алексей.

— Да послушайте! Он сказал, что загубил соль по дороге, а без соли ему яйца огидно пить. А как через рогатку вошёл — так и соли не треба, от названия местечка во рту солоно.

— Какую ещё рогатку? — не понял Алексей.

— То ж проходы в город через Любомирский вал вокруг Варшавы.

— Так-так, и куда же он вошёл?

— Ясно, что в Солец! — развёл руками зеленщик.

— От названия во рту солоно, — повторил Алексей. — А ведь верно! — он оживился. — Получается, в Варшаву он пришёл с той стороны. Что ж, спасибо и на этом.

Зеленщик поклонился и поспешил обратно, а Громов вскочил на Звёздочку и поскакал в сторону Солеца. Ещё во время службы в варшавском гарнизоне Алексей слышал об этом районе столицы, но никогда в нём не бывал, не было надобности. Солец находился вдали от центральных районов, сразу за Калешиным и тянулся вдоль Вислы. На берегу располагались склады и зернохранилища, рядом — разбегались в стороны улочки с жилыми постройками, чем дальше от реки — тем меньше домики и реже. Получалось, что селянин, нашедший крест, шёл отсюда к центру Варшавы и где-то здесь наткнулся на крест Кати.

Солец оказался довольно большим районом. Алексей доехал почти до его окраины, спешился, привязал Звёздочку к дереву, а сам решил немного пройтись по улочкам. Первые же встреченные им жители на расспросы не отвечали, отворачивались с хмурыми лицами и торопились к своим домам. «Ясно, — думал Алексей, провожая взглядом очередного недружелюбного поляка, — здесь одному поисками нельзя заниматься. Надо переговорить с командиром и попросить, чтобы позволил взять в подмогу мою роту. Ребята все шустрые, напористые, с ними мы быстро по всем домам пройдёмся».

Размышляя так, Алексей вернулся к Звёздочке и уже собирался ехать обратно, как вдруг заметил знакомую фигуру, появившуюся из прибрежных кустов. «Чеслав? — удивился Алексей. — А он тут что делает?» Тем временем корчмарь, держа в руках корзину, быстро пересёк дорогу и поспешил вглубь улочек. Алексей собирался его окликнуть, но какое-то смутное сомнение остановило его. Внезапно вспомнился страх Чеслава и его бледность при упоминании Кати, странный застывший взгляд при виде креста, торопливость, с которой корчмарь распрощался с Алексеем и многое другое, от чего в сердце сержанта закралось подозрение, что корчмарь что-то недоговаривал. Оставив Звёздочку, Алексей незаметно последовал за Чеславом и вскоре увидел, как тот, оглядываясь, направляется к дальней, одиноко стоящей хибарке, скрытой за деревьями и бурно разросшимся кустарником…

Вернувшись в «Весолек» после разговора с Алексеем и паном Лехом, Чеслав уже точно знал, как ему избавиться от Кати. Убить её собственноручно он не мог. Одно дело измываться над её прекрасным телом ради удовлетворения своей страсти и совсем другое — взять и вонзить в Кати нож, увидеть, как она бьётся в предсмертных муках, когда вместе с кровью её покидает жизнь, как затухает свет в глазах. При одной мысли об этом у Чеслава тряслись руки от ужаса, поэтому он придумал гораздо лучший способ — отравить Кати. Он не был у неё уже целую неделю — со дня штурма Праги, пора было отнести ей еду и лучше всего это сделать прямо сейчас. Она наверняка уже проголодалась и обязательно поест сразу после его ухода. К ночи всё закончится, Чеславу останется только прийти, вынести труп и сбросить его в Вислу. После штурма Праги река ещё долго будет выносить утопленников вниз по течению, и труп Кати станет одним из них. Поразмыслив, Чеслав решил, что и глухонемую старуху тоже лучше прибрать. На всякий случай — вдруг, что-то лишнее видела. Разболтать не разболтает, но показать-то сможет.