Книга Любовь великих. Истории знаменитых пар, страница 54 – Наталья Ярошенко

Ты — женщина, ты — ведьмовский напиток!

Он жжет огнем, едва в уста проник;

Но пьющий пламя подавляет крик

И славословит бешено средь пыток.

Ты — женщина, и этим ты права…

Жена старательно переписывала его страстные стихи, сама относила в редакции и затем слушала, как муж, не сводя взгляда с очередной пассии, декламирует эти строки на литературных средах, которые проходили в их доме.

Вызывающе жаркий роман с Ниной Петровской не ограничился стихами. Он вылился в одно из самых значительных произведений эпохи символизма — роман «Огненный ангел». Прообразами главных героев стали сам Брюсов, Нина и Андрей Белый. Автор перенес действие туда, куда влекли его мистические настроения, — в XVI век, в Германию. Чтобы напустить побольше таинственного тумана, он объявил, что является лишь переводчиком найденной средневековой рукописи. И здесь мы должны снять шляпу перед ним как перед ученым-филологом. Брюсов настолько точно передал дух той эпохи, существующие в то время традиции и даже схему улиц Кельна XVI века, что даже немцы, прочитавшие роман, не заподозрили фальсификации и поверили, что автором является их предок, живший в те далекие времена. По глубинным смыслам роман отражал текущую эпоху декаданса, но она, как ни странно, была созвучна с европейскими реалиями литературы Средневековья: с прекрасными ведьмами, увлечением черной магией, нарочитым сумасшествием и, конечно же, смертью главной героини. В своем дневнике еще в 1893 году Брюсов записал: «Декадентство. Да! Что ни говорить, ложно ли оно, смешно ли, но оно идет вперед, развивается, и будущее будет принадлежать ему, особенно когда оно найдет достойного вождя. А этим вождем буду Я! Да, Я!»

К моменту выхода романа в 1907 году декадентство, его «путеводная звезда в тумане», действительно стало очень модным течением, а сам Брюсов — мэтром этого стиля и признанным лидером символизма.

Большую роль в восприятии обществом этого странного явления сыграла личность самого Брюсова. Все эти эксперименты с малопонятными символами и слащавыми восторгами исходили от человека высокообразованного, а потому не отвергались сразу. Читатели, как это часто бывает, не доверяли своему вкусу, пытались делать вид, что разбираются в новшествах, а позже, постепенно привыкая к этим экспериментам, действительно принимали их.

Вместе с завершением романа «Огненный ангел» подходил к концу и реальный роман писателя с Ниной Петровской. Их отношения из ярко горящего пламени, питающего страсти в его книжном романе, постепенно превращались в едва тлеющий уголек. Нина по законам жанра все чаще картинно демонстрировала сцены умирания, голодала и устраивала скандалы приходившему спасать ее Брюсову. Однажды, войдя в роль героини его романа, которая была одержима дьяволом, Нина, «словно ядра из баллисты», стала бросать в него стулья и лампы. Она чувствовала, что как только Брюсов закончит написание своей книги, то и она перестанет быть ему нужной. И действительно, не в силах больше продолжать экзальтированные отношения с Ниной, писатель умертвил свою героиню Ренату.

Единственное, что могло заглушить душевную боль женщины, — это модный в то время препарат морфий. Нина, лежа в наркотическом забытье, часто бормотала какие-то нескладные строчки из романа про несчастную любовь Ренаты и проклинала Руперта — героя романа Брюсова, прообразом которого был он сам.