Онлайн книга «Анчутка»
|
Выпроставшись из под своего двоюродного брата, Извор бултыхнулся вниз, сложив обе руки вместе и сверкнув ягодицами, скрылся под водой, одним махом переплыв реку. Вынырнул он уже возле противоположного берега и выскочив, весь обтекая прозрачными струями, перекатывая мышцами под ними, как под второй кожей, разгребая камыши, выполз передохнуть, вдоволь наплескавшись. В ивовом шатрике, где он укрылся от палящего солнца, было прохладно, а узкие листья шелестели над головой, иной раз щекотливо касались и заставляли молодого боярина покрыться мурашками. Вскоре рядом плюхнулся и Мирослав, подставив широкую, бугристую спину, прыгающим, словно мушки, робким солнечным бликам, пробивающимся сквозь длинные плети ив, свисающих до самой кромки воды. — Ох, батя опять ор поднимет, — тишину нарушил Мирослав, наконец утишив гулкое дыхание после резвых игрищ. — А хотя, может мы и не случайно заплутали — может до следующего дня здесь останемся, а? Завтра день смерти наших матушек, а эти северские хороводы водить станут. — Кабы в Киеве были, их бы в миг прищучили, розгами бы каждого изсекли бы. — А бояр ещё и звонкими откупиться заставили бы, а здесь на северских землях и капища стоят непорушенные, и храмы созидают… — Как жара спадёт сразу двинемся — по звёздам быстрее дорогу до Курска найдём, а то может статься, разъезд (дозорный отряд) уже ищет нас, — сказал Извор, отбросив в сторону недожёванный стебель рогоза и завалился навзничь рядом. — Ещё и без добычи, — сожалительно отметил Мир, — сотский Олексич с дружиной засмеёт. С той стороны кони заугукали, будто соглашаясь, пару раз звякнув уздой. Извор вытянулся, сложив руки за головой и как-то блаженно улыбнулся, видно что-то представляя в своих мечтательных грёзах, навеянных ивами. Там в его воспоминаниях кто-то задорно смеялся в тереме боярских хоро́м, а он, встав на седло своего коня, пытался заглянуть в слюдяное оконце через высоченный частокол, держась за заточенные, сладко пахнущие древесной свежестью, колья. Смех оборвался. Зато под частоколом в широких лопухах, под самыми копытами его коня, что-то закопошилось, показалась голова, и, уткнувшись в морду фыркающую и жующую жирную овсяницу, тут же спряталась. Извор спрыгнул, сам под куст метнулся, да лишь голову в лаз смог просунуть. — Эй, — тихонько позвал, распластавшись под лопухами. — Кто ты? Чего надо? — отозвался тонкий голос с той стороны и в отверстии блеснули глаза светло-голубые, совсем непримечательные, впрочем как у всех северских, не то что у полян — серые, глубокие, с тёмным краем, будто чернённые гривны. — Меня Извором зовут, я сын Военега. — Военега! Не того ли Военега, ближника наместника, что ещё князем Ярославом сюда направлен был? — Того самого. Олег — стрыя (брат отца) мне. — Чего надо? — Дружок, пусти меня во двор, я тебе векшу дам. — Дружок?! — переспросил тот. — Смотря зачем пустить, может векши мало будет. — Хочу на свою невесту, Любаву, посмотреть. Мой отец с Позвиздом, твоим господином… — Не господин он мне… — Хорошо, — Извор сдержано согласился, желая подмаслить гонористому дворовому и исправился как себе же удобно было, — с отцом её через месяц смотрины назначили. Вот и решил глянуть глазком — вдруг она хромая али косая… — Ааа, — понимающе закивал малец головой. — Тут намедне тёлку к быку водили к соседям. Так вот, она бодаться стала— не понравился жених-то ей. Тоже боишься, что рогатая, — ехидно хмыкнул. |