Книга Анчутка, страница 6 – Алексей Малых

— Ах ты, гадёнышь! — вдруг подскочил с места Извор, что из под ветвей торчали только его оголённые ноги, похожие на две кряжистый оглобли. — Мир, что ты с ним лясы точишь, он нас сюда намеренно завёл!

От неожиданного гарканья, его конь, на котором сидел конокрад, узнав своего хозяина, резко встал свечой. Конокрад вытянулся в стременах, опуская гнедку.

— Стой, паршивец! — рявкнул Извор. — Я тебе ноги вырву.

— Ты?! — удивился юнец, взгляд строптивый не отводит, пальцем на того торкнул.

— Я! Забыл что ли? Недавно виделись! Верни коней, по-хорошему, иначе на площади тебя засеку розгами, — ругает, а сам не останавливается — своими мощными ногами воду кромсает, баламутя ими зелень спокойной глади.

Малец пальцы сложил будто примеряется к чему-то. Извор, долго не думая, занырнул и оторопел — вода показалась ему леденящей, не то что в первый раз.

— Попадись мне только, — уже кричал достигнув берега, и выйдя из воды, нагишом припустившись следом за трусящей двоеконью в наглом желание догнать их, на ходу понося́ отборной руганью.

Поняв всю тщетность своей горделивой попытки, Извор остановился переводя дыхание и лишь наблюдал, как гнедки с конокрадом пропали за краем балки. Он натянул порты, протянутые Миром, который его нагнал, отборным матюгом кроя беглеца.

Конокрад уже не нёсся, а мерно вышагивал с конями вдоль извилистой рва, подсчитывая свою прибыль. Остановился подтянуть наспех застёгнутые подпруги. Под ногами слегка поколебалось.

Прильнул ухом к земле, распластавшись на ней, пытаясь всем телом поймать перебор копыт за пригорком. Отряд около полдюжины, нет — пяти верховых. "Охрана наместника," — мелькнула мысль, — да не, те с бубенцами идут, а тут тихомолком, будто воровато крадутся. Может тоже хотели полиходейничать?"

Остановились, о чём-то перекликнулись и занырнули в балку, в которой притаился конокрад. Он испуганно сжался, видя по зубы вооружённых воинов, верно самонадеянно полагая, что этим действием неприметным станет. То были половцы.

Группа конных не останавливаясь пронеслась мимо, только один, с личиной на шлеме и конским хвостиком на шишаке, погарцевал перед юнцом. Пристально изучил и его, и коней в тёмные прорези, и приблизился к опешевшему конокраду, протягивая руку к бедру, где был меч. Передумав видно, отстегнул от седла булаву, размером наверное с шапку юнца, и дёрнул повод в сторону, поднимаясь по склону, оставив позади опешевшего конокрада. Тот сглотнул испуганно, прыгнул в седло, и двинулся дальше, изредка оборачиваясь назад.

— И мне что с того?! — фыркнул в губы, верно переживая за этих двух бояр. — Значит доля их такая, — размышлял вслух, пытаясь не оборачиваться больше от того, что чем больше оглядывался, тем крепче становилось совестнее. — Они верно за ними шли, и так бы их взяли, — остановился о чём-то размышляя и видно изъедаемый изнутри, в момент развернулся да за половцами в догонку коней пустил.

За пригорком его взору открылась картина — один боярин трусил от ражистых всадников, помахивающих саблями и мечами над головой. Тот, что под личиной скрывался, во весь опор гнал своего каурку навстречу другому, самому дерзкому из двух бояр.

Извор поспешно подвязав порты, принял стойку, готовясь отбить удар своим мечом, и краем глаза заметил конокрада, который раскручивал гасило с двумя гирьками по краям.